Пока я шла, создавая семибалльное землетрясение своим топотом, в который была вложена вся агрессия, на ходу сочиняла различные оскорбления в сторону блондина. Спустившись вниз, я взглянула в сторону открытой кухни, где спокойно сидел встретивший меня у двери футболист, почесывая свой пресс. Увидев мое озлобленное лицо, он самодовольно ухмыльнулся.
Этих парней штамповали на одном заводе.
Фыркнув в ответ, я вышла за дверь братства Гамма Фи Бета, с треском захлопывая за собой дверь и стараясь сохранять самообладание.
Ноги моей больше здесь не будет.
Никогда.
Ни за что.
Ни при каких обстоятельствах.
* * *
–…мне кажется, что я вполне смогу и сама справиться со всеми этими футбольными терминами. Без чьей-либо помощи, – я положила в рот вилку с салатом и прожевала её прежде, чем продолжила, – мы живем в цифровом веке, сейчас можно все найти в интернете, разве я не права?
Наш традиционный ужин с девочками где-то вне зоны университетского городка начался с моего горящего от злости лица и продолжался в том же темпе, набирая обороты каждые десять-пятнадцать минут. Я могла бы подумать, что уже надоела со своими гипотетическими идеями, но Ирма и Аннет подхватывали каждую из них, высказывая все минусы и плюсы.
Итак, что мы имели на данный момент:
1. Обратиться к другому футболисту;
Нет. Так как они все поголовно одинаковые, – ярким примером оказался блондин М – и с каждым из них я испытаю то же количества стресса, что и с Карлайлом и Робином. И так как затрачивается примерно одинаковая энергия, то лучше, чтобы она затрачивалась с кем-то более компетентным. То есть, с Карлайлом или Робином.
2. Поговорить с тренером, чтобы он взял меня под свою опеку;
Тоже нет. Потому что тренер Серрано самый нервный человек на свете, и я буду ходить рядом с ним как по вытянутой струнке. Он уничтожит меня одним своим взглядом, если я не назову с первого раза ему всех игроков нашей сборной.
Спойлер: я не назову.
3. Отказаться от комментирования на SportsNation, и продолжить свою небольшую карьеру радиоведущей университетского канала;
Нет. Объяснений не было, но и Ирма, и Аннет в один голос прокричали «нет», как только я выдала первую часть своего предложения.
На самом деле, последний вариант был сомнительным даже для меня самой, потому что… Потому что две тысячи баксов не валялись на дороге, и с высокой вероятностью Мистер Мартин потрясет передо мной разорванным контрактом, послав меня самой сооружать из дерьма и палок новый корпус для расширения радиостанции.
Ирма потягивала заказанный ею имбирный чай и сделала задумчивое лицо, размышляя над новой идеей, но не прошло и трех секунд, как она отрицательно мотнула головой.
– Плохая мысль, Бэмс.
– Поддерживаю, – раздалось слева от меня со стороны Аннет, доедающей шоколадно-банановый чизкейк. Хилл вытерла рот, прежде засунув последний кусок десерта, и проглотила.
– Почему сразу плохая?
Для меня всё, что не касалось футболистов, было уже отличной идеей, наиболее экологичной для моей нервной системы.
Я была категорически против Робина Мэддокса после сегодняшней стычки в братстве, потому что… Ну, потому что здесь не нужно было объяснений. А вот Карлайл Шервуд пока что лидировал в списке всевозможных вариантов, потому что: а) он не курил траву; б) он не был Робином Мэддоксом, бабником, мудаком и придурком, даже если я в лицо ему сказала обратное.
Но на этом его преимущества заканчивались, и я могла бы выкатить ещё один рулон его минусов, но пока придерживала его при себе, потому что, по всей видимости, я вернусь все же к Карлайлу.
– Потому что ты не смыслишь ничего в футболе, – Ирма пожала плечами, опуская чашку чая на блюдце, – и у тебя не будет рядом никого, кто смог бы тебя поправить или проверить. Извини, моих знаний будет недостаточно для того, чтобы покорять спортивный канал. Аннет?.. – она взглянула на Хилл, фыркнувшую в ответ, и усмехнулась, – да, она тоже не подает больших надежд. Лучше уж потерпеть и провести своеобразные занятия с Шервудом. Тем более, я уверена, что ты зря на него наговариваешь. Он не так плох, как кажется.
Я поджала губы, рассматривая интерьер одной из наших любимых кафешек, «Мими», и позволила шестеренкам в голове работать в полную силу. Но ещё чуть-чуть, и у меня пошел бы пар из ушей.
Я не была глупой, потому что понимала, что соглашалась на эту сделку не только из-за денег, но и потому, что она могла в перспективе привнести в мою жизнь красок и идей по поводу будущего, с представлением которого у меня были большие проблемы. Если Аннет и Ирма давно разобрались с целью на ближайшие десять лет, то я понятия не имела, кем я буду и что собираюсь делать. По этой же причине я соглашалась на любые авантюры.
Поэтому моей основной задачей было не оплошать. Выйти в первой же игре и запутаться в подачах или в количестве присуждаемых очков уже стоило бы моей репутации, а я этого явно не хотела. Мне и так необходимо было работать вдвое усерднее, потому что диванные критики только и ждали того, чтобы напасть на девушку, комментирующую мужской вид спорта.
Карлайл действительно казался самым безобидным вариантом.
– Подумай сама, Бэмби, – Аннет откинулась на спинку своего стула, поправляя на лице очки, – мы не хотим – по крайней мере, я точно – становиться виновниками твоих ссор или же неправильных решений. Но, если ты хочешь и мой совет тоже, то я согласна с Ирмой. Квотербек, лидирующий в списке потенциальных игроков большого спорта, идеальная кандидатура для решения твоей проблемы.
Я кивнула.
Они обе были правы. Мне нужно было засунуть поглубже свое отвращение к плохишам из футбола, и пойти на мировую, чтобы не усложнять ни себе, ни остальным жизнь. Звучало довольно легко, но я все ещё не могла забыть тот эпизод, случившийся в конце второго курса. А он, видимо, и не помнил об этом инциденте, потому что был в стельку пьян, и после того случая не замечал меня в коридорах университета.
Говнюк.
– Ладно, – я достала свой телефон, открывая фейсбук, чтобы найти профиль Шервуда, – я пишу ему.
– Отличное решение, – сказала Ирма, перебрасывая часть своих каштановых волос на одно плечо.
– Удачи тебе с этим, Бэмби, – пробормотала Аннет, более приближенная к реальности и понимающая суть всей этой сделки, – держись особняком перед его обаянием.
– Спа…
– За это можно не переживать, – Ирма взглянула на Хилл, улыбаясь, после чего посмотрела на меня, – у Карлайла нет шансов, пока сердце Бэмби стучит для другого.
Я фыркнула.
– У Карлайла в любом случае нет шансов, – пробурчала я, находя в своем списке друзей футболиста, с которым мы писали один проект по истории, и в списке его друзей – Шервуда.
На заставке профиля квотербека стояла фотография, на которой был запечатлен момент победы. Потный от матча Карлайл держал в руках выигранный Кубок и целовал его.
«Какая прелесть» – саркастично произнес голос в моей голове.
Я отправила запрос в друзья и вышла с его аккаунта, после чего в списке рекомендованных выскочил профиль Тиана Уолока. Мой взгляд зацепился за его фотографию, на которой он широко улыбался, и я еле сдержала в себе вздох разочарования. Он мне нравился практически два года, и за все это время мы не сдвинулись даже к тому, чтобы познакомиться друг с другом лично.
– Эй, – рука Аннет аккуратно легла мне на колено в поддерживающем жесте, потому что, по всей видимости, она увидела открытый у меня профиль Тиана и ободряюще улыбнулась, – все будет хорошо. Мир не крутится вокруг Уолока. Мир вообще не крутится вокруг одного парня.
– Вот именно! – звонко присоединилась к разговору Ирма, улыбаясь во все тридцать два зуба. – Мир не должен крутиться вокруг одного, когда на Земле есть ещё три миллиарда.
Брюнетка подмигнула.
Я рассмеялась на пару с Аннет с её реплики, потому что мы все здесь были совершенно разными, даже в плане общения с противоположным полом: мой горизонт был чист, за исключением грез с одним вот уже несколько лет, Аннет терпеть не могла парней, а Ирма бесстыдно пользовалась каждым.
В этом было что-то уникальное. Мы, будучи совершенно разными, оставались самыми близкими друг для друга людьми. Самыми важными. Университет свел меня с прекрасными девушками.
Мой телефон на столе провибрировал, оповещая о новом уведомлении, и я взглянула на экран, чтобы увидеть принятый запрос и сообщение от Карлайла:
«Так что, я – меньшее зло?»
Фыркнув от разящего сквозь экран самодовольства, я быстро напечатала ответ:
«Ты – единственное зло в моей жизни»
Глава 4
Бэмби
Вчерашний вечер закончился тем, что мы с Карлайлом вели долгую переписку на спорную тему того, что я должна сегодняшним вечером заявиться к нему в братство, чтобы забрать парочку документов, которые, цитирую, никак не передаются по электронной почте. Я было уж подумала, что это ценная спортивная реликвия, передающаяся от одного квотербека старшего поколения другому квотербеку младшего поколения, но быстро пришла в себя, поняв, что это бред. Шервуд просто издевался надо мной, и делал все для того, чтобы вывести меня из равновесия, но он и не догадывался о том, что его раздражающее поведение составляло лишь одну третью часть жизни с моим старшим братом.
Я сидела на лекции, одним ухом слушая монотонную речь профессора Гибсона, который рассказывал о генезисе философского знания, а вторым прислушиваясь к перешептываниям за своей спиной, потому что мой мозг четко уловил звуковые сигналы, составляющие вместе одно слово «ТИАН». Сколько бы я не отрицала свой фанатизм, я не могла бороться с собой, когда речь заходила о капитане команды лакросса, которого я не видела с того самого момента, как он стоял у автомата с кофе.
– Говорят, что вместо него хотят поставить другого капитана, – прошептала Корин, с которой мы вместе посещали курс лекций по философии, чуть тише предыдущих предложений, и я незаметно откинулась назад, уткнув взгляд в тетрадь и делая вид, что пишу разборчивый текст.
– Да, Дэнни рассказывал мне о том, что с началом учебного года он практически не появляется на тренировках, – ответила напарница первой девушки, и её слова меня напрягли.
Было неправильно подслушивать чужой разговор, и я знала об этом, но пусть это будет мое самое ужасное преступление за всю жизнь. Я не знала, кто такой Дэнни, и уж тем более понятия не имела о том, что Тиан пропускал тренировки. Конечно. Откуда бы мне об этом знать, если я ни разу не разговаривала с Уолоком.
Телефон, находящийся в кармане провибрировал, оповещая о новом сообщении, и я, нехотя, оторвалась от подслушивания свежих сплетен, чтобы взглянуть под столом на уведомление.
Карлайл: «тренировка заканчивается через сорок минут. Буду в братстве через час. Залетай»
Я скривила лицо.
Что за наглость. До его сообщения висело мое, вчера же прочитанное, которое гласило: «давай встретимся в студенческом кафе».
Но квотербек, мнивший о себе только лучшее, видимо, решил проигнорировать этот момент. Более того, его последнее сообщение буквально через экран веяло самоуверенностью.
Не на ту напал.
Я принялась одной рукой печатать ответ.
Я: «Свежий воздух полезен для проветривания мозгов, поэтому, для твоего же блага, будет лучше встретиться где-нибудь на территории кампуса. Я во второй раз в ваш зоопарк не зайду»
Шервуд ответил через минуту.
Карлайл: «Для прогулки на свежем воздухе нужны силы, которые я истратил на тренировке, поэтому, если ты так заботишься обо мне, обеспечь меня своим присутствием в моем братстве. Зоопарк сегодня распустили»
Я поджала губы, яростнее ударяя пальцем по клавиатуре.
Я: «Если ходьба по улице ещё больше истрачивает твои силы, то подожди меня на футбольном поле. Никакой траты энергии. Лекция закончится через сорок пять минут»
Карлайл: «Не могу. У меня слишком плотный график. Ни минуты на безделья»
Я: «Всего лишь пять минут ожидания»
Карлайл: «ЦЕЛЫХ ПЯТЬ МИНУТ ВПУСТУЮ!»
Если сегодня произойдет убийство, я не буду об этом жалеть. Мой мозг уже начинал вскипать, когда я ударяла большим пальцем по экрану с такой силой, что телефон мог бы разлететься по частям, как вдруг монотонный голос профессора Гибсона раздался прямиком над моей головой.
– Мисс Харпер, – я замерла, как статуя, – позвольте у вас спросить, о чем вы беседуете?
Моя голова медленно начала подниматься вверх, чтобы встретить сердитый взгляд седоволосого мужчины, а рука быстро нажала на кнопку блокировки экрана.
Я откашлялась.
– О том, где первее зародилась философия, – выдала я первое пришедшее в голову, чтобы отвлечь от себя негодование преподавателя.
По аудитории прошелся гул смешков, потому что все подозревали, что я разговаривала уж точно не об этом, и они не ошибались.
– И что же говорит ваш оппонент? – Профессор Гибсон не унимался.
– Примерно в одно время в разных странах.
Морщинки на лбу мужчины разгладились, а затем последовал одобрительный кивок, сопровождающийся всё тем же негодующим изгибом губ.
– Да, – профессор кивнул, следя взглядом за тем, как я медленно убирала телефон в карман, – хороший ответ, если ваш оппонент ученик начальных классов. Не думаю, что равный вам, мисс Харпер. Послушайте лучше мою лекцию, будьте добры.
Я пробормотала извинения и уткнулась взглядом снова в свою тетрадь, когда мистер Гибсон, забрав руки за спину, последовал обратно к кафедре, оставив меня со свежим пятном позора и желанием примкнуть к антифанклубу Карлайла Шервуда, даже если я буду там единственной участницей.
Чертов квотербек.
Теперь я точно ни при каких обстоятельствах даже не собиралась двигаться в сторону его братства.
* * *
Я стояла на пороге братства.
Жизнь точно надо мной издевалась. Я упорно сопротивлялась всему представшему передо мной, готовая с пеной у рта доказывать, что комментирование не стоило таких рисков, но один короткий разговор с Ирмой по телефону буквально поставил крест на всех моих принципах, потому что мелодичный голос Хансен на том конце провода четко отрезал: «Ты должна попасть на комментирование. За это платят, черт возьми, Бэмби!»
И если все мои предыдущие доводы были вполне логичными, то слова Ирмы пробили китайскую стену в моей голове, выстроенную в качестве баррикады от футболистов, потому что деньги в моем случае не были лишними. А, если в перспективе это даст плоды, то доходы увеличатся втрое. Даже вчетверо, потому что это будет всё равно лучше, чем дергание учеников где-нибудь в школе Аризоны.
Я поджала губы, стоя напротив знакомой мне двери, и смотрела на звонок уже минуту, не решаясь нажать на неё. Мне хотелось верить в лучшее и думать, что Карлайл, как я предлагала, ждёт меня на футбольном поле, но, выйдя после лекции, я сразу же направилась в том самом направлении и увидела, что его там – сюрприз! – не было.
Принципиальный говнюк.
За дверью опять орала музыка, на этот раз это был 50 Cent – In Da Club.
Собравшись духом, я нажала на звонок, раздавая все то же птичье щебетание. Несколько секунд колебаний, звуки движущихся шагов в мою сторону, и вот дверь широко раскрылась в очередной раз передо мной за последние два дня, представляя все того же Блондина М. На этот раз он заколол свои длинные волосы в хвост на затылке, и только несколько коротких прядей ниспадали на его лицо.
Его светлая бровь выгнулась.
– Робина дома нет, – с усмешкой произнёс тот.
– Мне нужен Карлайл, – ответила я, крепче обхватывая лямки рюкзака, висевшего у меня за спиной, чтобы ненароком в приступе судорог не замахнуться на парня за его вчерашнюю неудачную шутку.
