Страница 4 из 11
– Кто вас преследует? – строго спросил Эвальд. – Откуда у вас такие травмы?
– Этот человек из святых. Это апостол Андрей. Лучший из псов отца Симона. Этот подонок… Сжёг нашу библиотеку, центр связи и наше хранилище. Это было место под самой сильной охраной. Мы хотели забрать оттуда книги и оборудование, поскольку святоши считали, что это вещи дьявола. Нам позволили забрать их, но, когда мы оказались внутри, они нас закрыли там и подожгли. Из 96 человек выжили только 5, в том числе и я. Ожог я там получила.
– Что нужно этому апостолу?
– Это, – после минутного молчания сказала Ева, показав тубус, и достала из него документы и карты. Перед советом оказались папки с орлом и свастикой. – Здесь секретные документы рейха, которые мы нашли лет 6 назад в бункерах Судетских гор и в бывшей резиденции Гейдриха. В них говорится о тайных бункерах, хранилищах, базах, аэродромах в Альпах.
Все члены совета начали рассматривать карты, дела и документы.
– По этим документам, мы нашли одно из хранилищ с оружием и два с продовольствием в Чехии. Остальные находятся на западе. Те, кто перешел на сторону Симона, рассказали ему об этих документах, и он хочет найти самое главное хранилище в Альпах. Я думаю, вы понимаете, почему они не должны попасть в руки этим «святым». В общем, мне нужна ваша помощь. Я по дороге сюда опросила торговцев и узнала о вас. Мне нужны люди для поиска этого убежища. У нас мало людей и припасов для поиска. Полковник попросил меня поискать помощь. А поскольку у вас есть возможность набрать добровольцев, я отправилась сюда.
– Сейчас? Сколько вы сюда добирались? – поинтересовался Хубер.
– Больше месяца. Я вышла в конце августа.
– Сейчас конец октября. Очень скоро выпадет снег и наступят морозы. К нам даже торговцы почти не приходят зимой. Идти в путь сейчас самоубийство. И ни вы, ни мы, не знаем, что дальше 100 километров от Берлина на юг, – продолжал Хубер.
– Отлично. Разве не повод узнать, что там? – не унималась Ева. – И зима – тоже неплохо. Уровень радиации станет ниже, мутантов меньше.
– Допустим. Но где гарантии того, что этот супер-бункер реально существует? – поинтересовался Эвальд.
– Так мы нашли хранилища в Судетских горах.
– Да, но это хранилища. А речь идёт о бункере с оборудованием, более значительном бункере. А учитывая, что его строили в условиях войны, могли ли его нацисты построить. Маловероятно.
– Соглашусь, но даже если не будет главного бункера, там могут быть другие. Меньше, но и это тоже хорошо.
– А к чему эта спешка? Можно подождать до весны и добраться туда быстрее. Мы могли бы договориться с Франкфуртом и попросить транспорт для передвижения, – предложил Хубер.
– Дело в том, что эти карты видели некоторые люди из окружения полковника и сейчас они с отцом Симоном. Они знают об этих бункерах и могут отправиться на их поиски. И если они найдут их и заберут оттуда всё, могут быть большие проблемы. Зная их, это добром не кончится. Люди Симона не остановятся и будут искать до последнего. Они одержимы.
– Вы про апостолов? – поинтересовался Левитан – Кто вообще те люди и что они хотят?
– Отец Симон и его секта – это христиане с очень странными идеями. Они очень радикальны. Пытки и казни устраивают страшнее, чем инквизиция 500 лет назад. Люди с ума сходили. Ещё он и его люди очень хорошие манипуляторы. Вчерашние дети шли убивать своих родителей по первому их приказу. Мы сперва относились к ним лояльно, но когда стало понятно, что им надо, было уже поздно. Правая рука полковника майор Стэфан взял в плен несколько приближённых к Симону послушников и, использовав свои особые методы, узнал об их секте всё. Майор был у нас «палачом», но он никогда не ошибался и наказывал только виновных. Мы не смогли предотвратить их приход к власти и были вынуждены бежать. Они даже нашу бронетехнику захватили. Мы не смогли бы с ними справиться. Они устроили в пражском метро и Плезень свою жестокую, тоталитарную, теократическую власть. Святая Богемская Империя. Они провели сегрегацию, разделив людей на «рабов» и «святых». Симон считает себя Иисусом, и ему дозволено карать «рабов» за грехи. Мы, мол, уже в аду и теперь искупаем грехи. А его инквизиторы, которых он называет апостолами, устроили самый настоящий кошмар. Причём, они сами верят в свою божественность и говорят свой бред совершенно искренне. Тех, кто не шёл за их верой или не признавал их, ждал настоящий ужас, по сравнению с которым рабство это ещё далеко не самое страшное. – Ева сделала минутную паузу для отдышки и подбора нужных слов. Она рассказывала всё очень спокойно без гнева и эмоций. – Бункеры им нужны для дальнейшего очищения выживших людей от грехов.
– Да. Перспективы плохие. В таком случае есть смысл в этой экспедиции. – Заключил Эвальд. Мысленно он согласился с Евой и не стал задавать дополнительные вопросы, чувствуя, что она не соврала.
– И ввязаться в конфликт? – возмутился Хубер. – Нам не нужна война. Думаю, можно же с ними договориться.
– Забудьте. С ними не договориться, только полное подчинение им. Вы, к тому же, коммунисты и анархисты, а таких они без разговоров на виселицу.
– А если вы ничего не найдёте? Вдруг окажется, что все эти записи – просто теории, или планы и ничего этого нет, или хранилища будут пустые? Ведь в ту войну нацисты отправляли всё на фронт, и запасаться они не стали бы. – Поддержал Хубера один из глав совета.
– Могу оспорить. Вот здесь написано, что объект сдан и полностью рабочий, – сказала Ева и взяла со стола одну из папок. – Вот. Тут указаны все объекты, готовые к эксплуатации. Например, эти в Тироле сданы в 1940 году. Эти близ Мюнхена – в 1942. И ещё несколько от 1940-х до 1944-х годов, что использовались нацистами. Да, некоторые не были готовы, например, вот этот близ Аугсбурга. Но остальные с большой долей вероятности набиты оружием, патронами, станками, продовольствием и прочим. Ведь золото рейха так и не было найдено. Или оружие рейха с оккупированных ими территорий, драгоценности, станки, инструменты для добычи ресурсов, всё это может быть там и ждёт, когда их обнаружат.
– Хороший настрой. Допустим, мы найдём всё это, но как нам это использовать? Надо будет всё это вывезти, найти место для работы, ведь мы не повезём всё это в Берлин, – неожиданно решил вступить в разговор Адлер. – Как мы доставим туда людей для работ, как провести снабжение, связь, оборону и другое? На это уйдёт не один месяц, а может, и не один год.
– Можно наших людей из Либерец вызвать. Полковник с остальными переберутся и будут налаживать работу, – парировала Ева.
– А как мы пройдём такое расстояние? – не унимался Адлер. – От Берлина до Альп Австрии около 600 километров. Это в 3 раза дальше, чем до Либерец или Праги. И потом, идти по снегу, в холод и метель пешком будет сложно.
– У нас есть аэросани и снегоходы, но они для патрулей или для помощи торговцам понадобятся. Так что придётся пешком, – добавил Хубер. – Я не могу их отдать вам, они очень нужны метро. Разве что лыжи.
– Можно пешком или на лыжах, – спокойно ответила Ева.
– Сколько нужно для этого людей? Искать этот супер-бункер в гористой местности в радиусе 50 километров очень сложно, – добавил Эвальд.
– Не больше десяти человек. Да, радиус поиска большой, но я могу сузить его до 10 километров. Я догадываюсь, где он, – сказала Ева и обвела карандашом территорию в Альпах. – Тут местность более подходящая. Из их отчетов, они жаловались, что тут горы очень хрупкие и не подходят для бункера из-за обвалов. А вот тут, как видно уже из отчётов ВВС США, был бой с реактивными самолётами, что базировались где-то здесь. Значит, тут был аэродром нацистов, а значит и бункер мог быть здесь.
– А если мы столкнёмся с этими «святыми»? – поинтересовался Энигма. – Если с ними нельзя договорится, значит, придётся бороться с ними. Хватит ли десятерых?
– Потому и надо поспешить! Да, мы можем с ними столкнуться, но если поторопимся, то вряд ли. Они отправятся ближе к январю.
– Откуда вы знаете? И почему именно в январе, когда самый холод? – удивился Адлер.
– У них есть снегоходы. И они подготовятся к этому времени. Наш человек в их окружении узнал об их планах.
– Ладно. Эвальд, Адлер можно вас на минуту? – сказал Хубер и отошел с ними в сторону. – Эвальд, она не врёт? Очень на сказку похоже. А если нет, то что думаешь?
– Она не врёт. А идея очень неплохая. Действительно, шанс есть и если этот бункер действительно существует, то это может быть шанс на возрождение цивилизации.
– Адлер? – спросил Хубер.
– Сомнительно, но попробовать можно. Хоть территорию исследуем.
– А сектанты?
– Чёрт с ними. Она же сама сказала, что они до января не выйдут. – заключил Адлер. – И потом, мы по другому пути пойдём. Они из Праги пойдут с востока на запад, а мы – с севера. Мы не пересечёмся.
– К тому же, мы будем добровольцами и исследователями, так что метро ничего не угрожает. Идея стоящая, – добавил Эвальд.
Хубер всё ещё сомневался. Он не хотел жертвовать людьми ради бункера, которого, возможно, нет, но и перспектива улучшения жизни была интересна. Он молча пошел к остальным.
– Очень интересно… Ладно. Мы посмотрим документы и завтра дадим ответ. Пока отдыхайте. Не волнуйтесь, здесь вы в безопасности и никто вас не найдёт. Инквизитор вас не тронет.
Глава 6
Сборы и планы
На следующий день сотрудники редакции, Ева, Адлер и Эвальд пришли к Хуберу узнать о решение совета.
– Ева. Мы осмотрели ваши документы и карты. Подумали и вот: 3 члена совета против, 1 воздержался и 6 согласны. Мы готовы организовать отряд для поиска, предоставить всё нужное: рацию, оружие, средства защиты и другое. Можете брать добровольцев сколько надо и кого хотите. Адлер и Энигма пойдут с вами. Они сами решили.
– Замечательно! Спасибо большое, – поблагодарила Ева и впервые показала эмоции радости. – А почему они со мной? Товарищ Адлер понятно, но зачем редактор газеты и ваш партработник?
– Энигма будет вести записи. Вы идёте далеко, а нам надо знать, что там, как живут, опасности и прочее. А Эвальд жил близ Мюнхена и до войны работал там. Ещё он знает те места и хорошо ориентируется на местности.
– Dobre.
Когда все вышли из совета, Ева подошла и села на одну из лавок у стены, позвав к себе остальных.
– Что нам нужно для путешествия? – поинтересовался Энигма.
– Нам нужны ещё люди. С нами пойдёт полевой врач Итан. Я ещё поищу добровольцев. Оружие мы возьмём по пути к станции Рудов, а оттуда мы отправимся к Берлинскому аэропорту, и попробуем взять транспорт или дрезину. Мы ещё зайдём на склад за продовольствием, снаряжением, костюмами химзащиты, медикаментами, – кратко ответил Эвальд.
– Я думаю, нам людей больше не нужно. Чем меньше, тем лучше, вам не кажется? – возразила Ева.
– Что нас там ждёт? С чем вы сталкивались по пути сюда?
– Наш путь будет проходить через Лейпциг. В городе есть поселение, но кто именно там живёт, я не знаю. По дороге людей почти не встречала. Мне попадались «воскресшие», которых вы называли «заражённые», когда спасали меня. Также видела волков, – вспоминала Ева. – Ещё я видела Аспида, но сама с ним не сталкивалась. Это какое-то подобие змеи и птицы с крыльями как у летучей мыши. С чем мы ещё столкнёмся в дальнейшем, я не знаю.
– Плохо. В общем, мы с Адлером отправимся на склады за снаряжением. Энигма, нам нужна будет связь с метрополитеном, так что возьми радиостанции и зарядные устройства. Итан будет завтра, перед поездкой к дальней станции, если опять не опоздает. Всё, расходимся, – распорядился Эвальд, и ушёл с Адлером.
– Ну, тогда и я пойду собираться в дорогу, – решила Майнхоф.
– Стоп, а кто на телебашне будет работать и писать статьи? Я пойду, а ты оставайся! – твёрдо решил Левитан.
– Статьи за меня может написать кто-нибудь другой. Николаус сможет меня заменить, он и сам точно будет не против. И потом, не обижайся, но ты зачем пойдёшь на поиски? Ты же миротворец, а там везде опасности и не только от мутантов, но и от людей. И кто будет жителей метро радовать своим творчеством и чтением книг?
– Однако у меня больше выходов на поверхность, чем у тебя, а значит и опыт больше. Миротворец и хорошо: я буду стараться в переговорах решить наши проблемы. Я ведь всегда на всех переговорах в метро бываю, а тебя туда не берут никогда за твой нрав, вспыльчивость, агрессию и нежелание идти на сотрудничество. Ты будешь первая, кто кого-нибудь убьёт и доставит проблемы.
– Вот как? А кто решил конфликт с северными торговцами, когда они начали наглеть? А свой выход на поверхность 2 месяца назад забыл? Ничего из каравана не принесли и убежали от рейдеров. Помогли переговоры?
– А ты решила мои ошибки вспомнить? Заметь, ты первая начала! Ты сломала тому торговцу нос из-за ссоры с покупателем насчёт воды, которая якобы была грязная, и он просто начал ругаться. И бандитов мне не приписывай! Никто не знал, что там они окажутся в таком количестве, – спокойно и с уверенностью парировал Левитан.
– Ой, надо же? А что же ты не договорился с ними? Ведь это городские, а на пустоши и не такое встречается.
– Так, хватит! – вмешался Энигма. – с Эхо должен хоть кто-то из вас остаться, он один не справится. Кто из вас двоих, решайте сами. У вас сутки.
– Подожди! Сам посуди, я должна идти. Я ничего не боюсь, всегда готова помочь и колебаться не буду.
– Слушай, а если мы найдём себе замену? Мы пойдём все вместе, кроме Эха. Наши журналисты помогут ему с новостями, а он с Николаусом и моим старшим братом будут ему помогать с трансляцией и работой на телебашне. Дядя Николаус разбирается в электронике и сможет ремонтировать аппаратуру, а мой брат – вести трансляцию, – предложил Левитан.
– И слушать постоянно ваши с Майнхоф ссоры? Хотя… мысль неплохая, – Энигма помолчал с минуту, раздумывая над предложением. – Хорошо. Если у вас получится найти замену себе, то ладно. Я поговорю с дядей и узнаю, согласен ли он нас заменить.
– Ну не знаю. Левитан – хороший диктор и ему место, по логике, здесь.
– Не нравится, можешь не идти, тебя никто не заставляет. Хотя ты с этой станции никуда не уйдёшь. Тебя никуда не пустят, сама знаешь почему, – с усмешкой сказал Левитан.
– Да пошёл ты! А раз так, то оставайся тут или не упрекай меня.
– А кто начал этот спор?
– Иди в задницу! – уже на грубость перешла Майнхоф.
– Ну разве что… – не успел пошутить Левитан.
– Заткнись! – проговорила сквозь зубы она, замахиваясь на него кулаком.
– Довольно! Ещё слово, и вы оба здесь останетесь. Уверен, Хубер найдёт вам работу, – пригрозил Энигма, и спор внезапно закончился. – У вас сутки. Вы знаете, что делать.
Они ушли, и Энигма с Евой остались на перроне.
– Мда… команда мечты. Они не убьют друг друга? – поинтересовалась она. – Ладно военных в экспедицию взять, но эти двое как дети.
– Нет. Дальше таких перепалок они не заходят. Они хорошие люди, просто полностью друг другу противоположны. У нас действует закон: «Мы разные, но мы едины», и они придерживаются этой идеи неукоснительно.
– Анархисты… Ну судя по тому как вы живёте, эта система работает. Ладно, значит с нами пойдут: я, ты, офицер, солдат, эти двое и врач. А он кто? Фамилия у него не немецкая вроде?
– Он американец, врач с довоенной американской базы. Был в увольнительной в городе, когда начался апокалипсис. Он хороший врач и добрый человек. Завтра вы с ним познакомитесь.
– Dobrе. Мне вернут моё оружие?
– Да, вернут завтра. А что значит «Dobrе»?
– «Хорошо» на чешском.
– Понял. В общем, вы можете идти в редакцию, а мне надо зайти к одному человеку. Вечером я вернусь.
– Dobrе. Тогда до скорого. И спасибо вам за помощь, – сказала Ева и побрела в редакцию.
Энигма отправился на соседнюю станцию к дяде. По пути он обдумывал, что их ждёт. Эвальд и Адлер – профессиональные солдаты и в дороге они незаменимы, но они соперники во всём, постоянно соревнуются друг с другом. Если проходят учения, то начинается борьба до последнего, кто сильнее, если происходит выход на поверхность, то кто результативнее. По отдельности они действуют великолепно, но в команде как они себя покажут не известно, однако они уважают друг друга и ради цели пойдут на уступки, но надолго ли их хватит?
Майнхоф и Левитан тоже не лучше. Пока речь не заходит о взглядах на жизнь, они очень хорошо ладят. Илона очень активная, энергичная, действующая по ситуации, но орудует поспешно, агрессивно, напролом. Михаил же наоборот, как гроссмейстер, думает наперёд, не спеша, но он мягок и излишне миролюбив. Как они покажут себя в дальнейшем, не известно, но они лишними точно не будут.
Эхо останется в любом случае. Он ещё молод для таких путешествий, редко выходил на поверхность у него нет опыта дальних переходов. Он работает ремонтником путей в метрополитене, но разбирался в электронике и если что, может отремонтировать аппаратуру. Дядя Николаус – министр по электротехнике в метро. Его в путь точно не отпустят, но работать на телестанции он сможет вполне. Вот уже показалась станция Шиллингштрассе, где и работал Николаус. Энигма пошёл по перрону к палатке, где дядя жил и работал.
– Здравствуй, дядя Николаус. Можно войти?
– О, Клеменс, здравствуй! Проходи, конечно. Присаживайся. Будешь чай? – обрадовался он и отложил паяльник и радио.
– Не откажусь. Тебе помочь чем-нибудь? – поинтересовался Энигма.
– Нет-нет, у меня всё в порядке. Рассказывай, как ты? Какими судьбами сюда?
– У тебя есть рация для работы на дальние расстояния? До тысячи километров?
– Допустим. А зачем тебе такая радиостанция? Их можно получить только по спец разрешению, – с удивлением спросил Николаус, ставя кружки с чаем на стол.
– Знаю, вот документ, – Энигма протянул разрешение и дядя, надев очки, прочитал его.
– Очень интересно. И куда вы собрались идти, если не секрет?
– В Альпы на поиски тайного нацистского бункера, – шепотом сказал Энигма, – ты слышал новость о госте с юга?
– Нет, не слышал. Он с юга из Альп?
– Нет. Из Чехии. Судетских гор. Неделю назад мы с Адлером на станции Рудов ремонтом занимались и спасли от заражённых неизвестного. Это была девушка Ева из Чехии. Она пешком сюда шла. Я не шучу. Она по-чешски с нами говорила, оружие не наше, одежда такая… у нас нигде такую не найдёшь.
