– Хотя не думаю, что у вас будет время на разговоры со мной. Для вновь прибывших обычно расписана очень плотная программа. Да и я могу быть занята, – сказала она серьёзно.
– Я думал, что здесь рай, все наслаждаются жизнью, а не работают! – удивился я.
– Рай, но чтобы он продолжал существовать, все должны работать в меру своих способностей, – сказала Амина, и в её голосе мне почувствовалась горечь. Не от того ли, что её посчитали способной только на то, чтобы голышом встречать гостей? Вполне возможно!
Поскольку весь внутренний город представлял собой смесь цивилизации с дикой природой, то я практически не узнавал места. Мы вскоре пришли к какому-то дому, почти полностью заплетённому вьюном, обильно усыпанным розовыми цветами. Дом как будто весь был укрыт этим цветочным ковром.
– Архивариус женщина? – спросил я.
– Нет, – удивилась моему вопросу Амина, – а почему ты спрашиваешь?
– Его офис выглядит как кукольный домик, – сказал я, – причём очень кукольный и не очень домик. Слишком уж всё розовое.
– Тут не только он живёт, – пожала плечами Амина, – а по-моему, красиво!
– Так красиво, аж тошнит, – вдруг сказала Маша, которая в последнее время молчала.
Посмотрев на Машу, я подумал об одной очень интересной вещи. Мы, по сути, свободно сейчас гуляли по их городу. Но ведь магия сейчас у нас была не блокирована. А что, если мы захотим что-нибудь учудить? Ведь знакомство со здешними хозяевами не сказать, что было очень мирным. Нас оглушили магией и практически в бессознательном состоянии засунули в тюремную камеру. Но, тут же, не особо вникая в нашу биографию, отпустили на внутреннюю территорию, не приставив толком охрану. Или Амина всё-таки не просто красотка с голой попой? Может быть, это всё для отвлечения внимания, а на самом деле она сильный боевой маг, который может быстро поставить нас на место?
Ведь одна кинетик, если пойдёт вразнос, способна натворить очень быстро, очень много бед на ограниченной территории. Да, потом её наверняка грохнут, но тем, кто попадёт в замес, от этого будет не легче. Странно всё это. Или, может быть, это такой определённый тест на доверие? Типа, мы вам доверяем! И если мы это доверие оправдываем, то можно переходить на следующий уровень. А если начнём косячить, то сразу в утиль!
Последняя версия мне показалась наиболее убедительной.
– Ну что, вы идёте? – спросила меня Амина, выводя меня из задумчивости.
– Да, конечно! – спохватился я.
Мы прошли по коридору и остановились возле двери, ведущей в подвал. Амина распахнула её и сделала приглашающий жест.
– Добро пожаловать, Архивариус вас ждёт! – и она сделала шаг в сторону, пропуская нас.
Но вместо того я шагнул прямо к ней, обнял девушку крепко двумя руками и сказал:
– Спасибо тебе, Амина, за заботу и за тёплый приём! – после чего прижался губами к её губам, ещё крепче прижимая её к себе.
Сзади послышался удивлённый вздох Маши. Сама Амина вздрогнула, обмерла, широко распахнула глаза, но попытки высвободиться не предприняла, только продолжала на меня таращиться в упор.
Решив, что хватит, я слегка отстранился и шепнул:
– Надеюсь, что мы скоро встретимся!
После чего отпустил Амину, но не просто так, а убирая руки, я провёл ими вниз по её спине и дальше соскользнул на попу, и только после этого окончательно отпустил девушку.
Честно говоря, была мысль, что за последнее движение я отхвачу по морде, но этого не произошло. Амина оторопело стояла и смотрела на меня большими глазами. Я ей подмигнул и зашагал вниз по лестнице.
– Ну ты и провокатор! – раздался сзади шёпот Маши, – или она тебе и в самом деле так понравилась?
– Первое! – просто шепнул ей я.
– Ты всё время всех провоцируешь, это что, твой жизненный принцип? – тихонько сказала Маша.
– Не всё время и не всех. Просто я не люблю, когда игра идёт по чужому сценарию. Я просто вношу в него новые сюжетные повороты, которые в итоге могут изменить сюжет пьесы. Может Амина здесь и не при делах… а может, и нет. Чем больше факторов, которые выходят за стереотипное поведение в подобной ситуации, тем им сложнее нас просчитать. Ладно, сейчас не стоит об этом говорить, мы же не знаем, слышат нас или нет! – сказал я и замолчал. Маша тоже больше ничего говорить не стала.
Мы дошли до небольшого холла перед дверью внизу лестницы. Поскольку других вариантов всё равно не было, мы вошли внутрь, практически не останавливаясь.
В помещении было сумрачно, горело только несколько свечей в разных углах. Прямо напротив входа стоял стол, за которым сидел старый человек, очень похожий на волшебника из старых фильмов. Островерхая шляпа… в помещении! Длинные седые волосы, длинная и тоже седая борода. Круглые очки. Какой-то серый балахон… или что-то на него похожее. Человек сидел за столом, поэтому видно было только верхнюю часть.
А перед человеком стоял хрустальный шар, в который он пристально вглядывался.
– Да уж, несколько иначе я себе представлял визовый отдел! – прошептал я.
Но, поскольку в комнате стояла гробовая тишина, Архивариус меня услышал.
– Новый мир, новые правила, новые инструменты для выдачи виз, – спокойно сказал он, не прекращая вглядываться в шар.
– Что там? – спросил я.
– Ваши характеристики, – задумчиво сказал Архивариус, – и, должен сказать, они очень неоднозначные!
– Как и ваши! – сказал я.
– Прошу прощения? – удивлённо поднял на меня глаза Архивариус.
– Ваши характеристики тоже очень неоднозначные, – сказал я, – есть основания им не доверять.
– А откуда у вас наши характеристики? – подозрительно на меня глядя, спросил Архивариус.
– А откуда они в шаре? – задал я встречный вопрос, – или эта атрибутика должна нас убедить в серьёзности происходящего?
Краем глаза я заметил, что Маша смотрит на меня с любопытством. Ей было интересно, перегну я палку или нет. Ведь пока что к нам здесь относились в целом дружелюбно, но ведь всё может измениться.
Проблема была в том, что это дружелюбие меня не подкупало. Да и сама организация процесса была странной и пока что не очень понятной. Ну, решили нас не держать в камере. Так отпустите просто, и всё! А зачем вот эти вот все телодвижения? Девки полуголые, барабаны, визы, Архивариусы… зачем это нужно? Хотите допросить, или просто поговорить, так это желание вполне понятное. Но зачем весь этот туман?
Поэтому я и старался немного раскачать всех собеседников, чтобы они общались не только в пределах заготовленных схем, а были вынуждены делать шаги в сторону от утверждённого плана. И вот эти самые шаги, постепенно могли нам приоткрыть что-нибудь интересное о происходящем здесь.
– Вы не верите в магию? – удивился Архивариус.
– Я не верю в то, что вы читаете в шаре наши характеристики, – сказал я.
– Да, и почему же? – Архивариус откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.
– Скажите мне какой-нибудь факт из моей жизни. Ведь характеристика предполагает некие факты? Не просто же это набор оценочных суждений? – сказал я.
– Я не собираюсь докладывать тебе то, чем делиться со мной шар, – сказал Архивариус.
– Почему? Информация касается только меня, здесь все свои, так что произнести её вслух абсолютно безопасно! – сказал я, – разрешаю!
– Я не буду нарушать правила, ради того, чтобы что-то тебе доказать. В этом нет никакой необходимости, – сказал Архивариус.
– Правила? Я буквально только что слышал что-то про правила и про то, что их нельзя нарушать, – усмехнулся я, – в общем, с шаром всё ясно. Переходим к следующему вопросу, что там с визами?
– Не всё так просто, молодой человек, – покачал головой Архивариус, – не всё так просто! Я ещё не разобрался, достойны ли вы виз, или нет.
– Молодой человек? А что, в моей характеристике даже имя не указано? – улыбнулся я, – или её имя? – я кивнул на Машу.
– Похоже, что вы совершенно не понимаете принципа работы хрустального шара! – начал раздражаться Архивариус.
– Послушайте, а если мы недостойны виз, то получается, нам придётся уйти отсюда? Из вашего рая прямиком в злой и жестокий внешний мир, верно? Ну что ж, нет так нет! Рады были погостить у вас, надеюсь, что когда-нибудь ещё встретимся, – сказал я и, развернувшись, направился к выходу.
– Вы не можете уйти! – крикнул мне вслед Архивариус.
– Почему? – вернулся я обратно, – вы не хотите нас пускать, потому что решение ещё не принято, но и уйти мы не можем. Что-то я совсем запутался. Мы здесь кто, пленники? Но вроде бы Воланд де Морт сказал, что мы гости! Или нет? Или его словам нельзя верить?
– Как смеешь ты подвергать сомнению слова величайшего мага! – вдруг возвысил голос Архивариус.
– Это не я подвергаю сомнению его слова, а ты! – ткнул я пальцем в Архивариуса, резко перейдя на ты, – твой хозяин сказал, что мы гости, значит, он считает, что мы достойны находиться здесь. А ты сомневаешься, давать нам визы или нет. Выходит, ты подвергаешь его слова сомнению. Ставишь себя выше. Пытаешься показать, что последнее слово за тобой, а не за ним!
– Ты глупец! – выдохнул Архивариус, стараясь держать себя в руках, – тебе не понять, что здесь происходит и как устроена наша жизнь.
– Вовсе нет! – сказал я, – это вам не хотелось бы, чтобы я понимал, что здесь происходит и как устроена ваша жизнь. Но беда в том, что я это прекрасно понимаю! И возвращаясь к нашему разговору. Если перешагнуть через все эти тупые и бессмысленные ритуалы, что там, в итоге с нашими визами?
Архивариус некоторое время молча на нас пялился, о чём-то размышляя. Наконец, резко встал, видимо, приняв какое-то решение, подошёл к одному из шкафов, открыл створку и вытащил оттуда два длинных венка, усыпанных зелёными цветами.
– Вот ваши визы, – проворчал он, – носите их не снимая, иначе расплата может быть суровой! И она настигнет вас без предупреждения, когда вы её не ждёте.
– Жёстко! – усмехнулся я, – зашёл в душ без венка, а там сразу расплата! Или у вас тут нет душевых?
– Не нужно доводить всё до абсурда, молодой человек! – строго сказал Архивариус, надевая мне на шею венок.
– Что, шар так и не выдал моё имя? – усмехнулся я, – вот ведь партизан!
– Ходить по улицам не стоит без визы. В личном пространстве снимать её, конечно же, допускается! – сказал он Маше, надевая венок на неё.
– А зелёные они, потому что мы здесь новички? – задал я резонный вопрос.
– Да! – просто ответил Архивариус и уселся на своё место.
– Что? Даже в книжечку какую-нибудь записывать нас не будете, как вновь прибывших? – удивился я.
– Нет, – сказал Архивариус, и по его тону было понятно, что он от меня очень устал.
А это значило, что своей цели я добился.
– И что дальше? – спросил я его.
– Можете идти! – устало пожал плечами Архивариус.
– И куда же? – спросил я.
– Вам скажут, не волнуйтесь! – сказал Архивариус.
– Кто? – не отставал я от него.
– Не знаю! – разражено бросил Архивариус, постепенно закипая, – покиньте помещение, мне нужно работать!
– Хорошая работа, непыльная! – кивнул я, – сидишь себе и таращишься в кусок полированного стекла.
И не дожидаясь, пока Архивариус взорвётся от негодования, я стремительно вышел из комнаты.
– Дедок был на грани, – сказала Маша, пока мы поднимались по лестнице.
– Слегка жаль, что он за неё не переступил, – сказал я, – это могло бы быть интересно. Но с другой стороны, перегибать пока что тоже не стоит. Так, дразнить, раздражать, выводить немного из себя, это можно и нужно делать. А вот доводить до острой фазы, пожалуй, рановато.
– Надеюсь, у тебя есть план, раз уж ты пытаешься достать здесь всех и каждого, – сказала Маша.
– К сожалению, должен тебя разочаровать, – вздохнул я, – никакого плана у меня нет! Но есть надежда, что рано или поздно он появится! – и я ей широко улыбнулся.
4. Хотя…
– Чтобы ты понимал, мы не друзья! – вдруг сказала Маша, – я всё равно тебя ненавижу. Просто сейчас нам выгоднее держаться вместе.
– Мария, вы разбиваете мне сердце! – серьёзно сказал я.
– Переживёшь! – равнодушно бросила она и отвернулась.
– Алиса номер два, – пробормотал я себе под нос.
– Чего? – не расслышала Маша.
– Ничего, расслабься! – сказал я.
К этому моменту мы уже вышли на «улицу». Естественно, мы по-прежнему были внутри «Острова Мечты», так что улица эта была бутафорской. Крыша над головой всё равно присутствовала.
Там нас никто не ждал и не встречал. Я, честно говоря, даже испытал от этого некоторое облегчение. Потому что если бы Амина по-прежнему была нашим провожатым, то нужно было как-то дальше развивать с ней отношения, а я не знал как, да и не очень хотел. Провоцировать дальше желания не было, а делать вид, что ничего не произошло, тоже было бы странно.
Мы некоторое время постояли на месте, оглядываясь по сторонам.
– И что делать? – спросила Маша, которая вдруг растерялась, когда мы оказались предоставлены сами себе.
– Ну, раз визы у нас есть, пусть и туфтовые, насколько я понял, можем пройтись и поглядеть, что тут к чему. Если вдруг что-то будем делать не так, думаю, нам тут же об этом сообщат. Но, поскольку никаких инструкций нам не давали, вести себя можем свободно, в разумных пределах, – сказал я.
Мы, не сговариваясь, пошли направо. Народ на улицах этого заросшего «города» был, и не мало, но на нас никто внимания не обращал. Как будто жизнь шла здесь своим чередом, люди спешили по своим делам, кто на работу, кто с работы… только вот одеты все были по курортному. Наверное, тут просто так принято.
Я время от времени ловил на нас любопытные взгляды. То ли эти дурацкие зелёные цветочные бусы привлекали к нам внимание, а может быть, просто новые, незнакомые лица вызывали любопытство. Да и одеты мы были не так, как местные. В наших шмотках мы органичнее бы смотрелись снаружи этого «Острова Мечты».
Чем дольше я всматривался в окружающую нас действительность, тем страннее мне всё это казалось. Нет, я сразу понял, что всё это ненормально и так быть не должно, но не мог объяснить почему. Есть даже специальное слово, которое обозначает такой мир, такое положение вещей… только вот я никак не мог его вспомнить.
– Утопия! – неожиданно всплыло в голове нужное слово.
