– Очень смешно.
– Я серьезно.
Поджав губы, сдерживаю смешок и закатываю глаза.
– Как рабочая ночь прошла? – задает он вопрос, открывая мне дверь автомобиля.
– Ощущение, что посетители решили проверить, смогут ли опустошить запасы алкоголя и выжить.
Сев на переднее сидение, откидываю голову на подголовник и закрываю глаза. Слышу, как Леон садится рядом и заводит двигатель.
– Держи, я подумал, что это тебе понадобиться.
Приоткрываю один глаз. Вижу, что он протягивает мне бумажный стаканчик с кофе. Запах карамели добирается до меня раньше, чем осознание. Брови ползут вверх, рот непроизвольно открывается, и я несколько раз моргаю.
– Это мне? – переспрашиваю, будто кроме нас тут есть кто-то еще.
– Нет, во-о-он тому мужику через дорогу, – дергает он подбородком. – Конечно тебе.
– Спасибо, – забираю стаканчик и улыбаюсь.
– Я взял раф с карамельным сиропом, но, если тебе не нравится, мы можем заехать, и я куплю другой.
Делаю несколько глотков и стону от удовольствия. Внутри разливается тепло. И это не только из-за кофе. Гриша никогда ничего подобного не делал. А когда я сказала, что было бы приятно получить немного заботы с его стороны, он, пожав плечами, ответил, что не умеет читать мысли.
– Не надо другого. Этот идеален.
Кажется, это прозвучало очень двусмысленно. Краем глаза смотрю на Леона. Возможно, я могла бы поблагодарить его и поцеловать в щеку. Или это уже слишком?
– Я жду, – неожиданно выдает он.
Нервно сглатываю, криво улыбаясь. Неужели я сказала это вслух?
– Чего? – уточняю, перестав дышать.
– Адрес твоего дома, Джедайчик.
Предлагаю к вашему прослушиванию Bruno Mars – Runaway Baby.
Пф-ф-ф… облегченно выдыхаю и называю адрес. Выезжая со стоянки, Лео включает радио. В салоне тихо звучит бодрая музыка. Я неосознанно начинаю подпевать и качать головой в такт.
– А можно сделать погромче? – прошу Леона.
Взглянув на меня, он улыбается и прибавляет громкость. Опустошая стаканчик с кофе, смотрю за окно. Город уже не спит. Фонари освещают дороги ярким холодным светом. Мелкий дождь противно моросит по лобовому стеклу, заставляя дворники работать без остановки. Странно, но даже в такую погоду и после тяжелой рабочей смены я чувствую себя… счастливой? Слишком спокойной для человека, у которого все должно быть сложно. Может, Лео кроме сиропа добавил в раф что-то еще?
– Заботу! – кричит мой разум.
– Замолчи! – мысленно огрызаюсь в ответ.
– Приехали, – следом говорит Леон, на секунду заставляя меня зависнуть.
Мы выходим из автомобиля и забегаем в подъезд. Поднимаясь по ступенькам, предупреждаю Лео:
– Дома сестра еще спит, поэтому не шумим.
Открыв дверь, провожаю его на кухню. В одной из розеток замечаю зарядку и подключаю телефон.
– Подожди немного, пожалуйста. Я только переоденусь и вещи необходимые возьму.
– Время еще есть, Джедайчик, так что не переживай, – дергает он плечом и, сев на стул, складывает руки на груди.
Бегу в комнату. Открыв шкаф, раздеваюсь, кидая одежду на пол. Роюсь на полках в поисках вещей, но меня останавливает мелодия, звучащая с кухни. Черт возьми, это же мой телефон! Мчусь обратно, видя, как Лео выходит навстречу с моим смартфоном в руке. Он оглядывает меня, а его брови приподнимаются. Я же в одном белье!
– Перестань пялиться! – шиплю на него.
Он прикрывает лицо рукой, резко поворачивается и врезается плечом в дверной косяк. Следующее его столкновение происходит со стеной.
– Ай, блять, – шипит Леон.
– Телефон отдай.
Хватаю его за руку. Он разворачивается и, снова ударившись о косяк, начинает падать. Отшатываюсь, теряя равновесие и дергаю Лео за футболку. С жутким грохотом мы приземляемся на пол.
– Ты меня сейчас раздавишь, – хриплю, лежа под Леоном.
В этот момент Лилька оказывается в коридоре.
– Помогите! Грабят! Убивают! Или насилуют! Я не поняла, но помогите!
Она хватает его одной рукой за плечо, и пытаясь оттащить, лупит второй, пока Лео безуспешно прикрывает себя.
– Лиля, стой! Это мой друг!
Она замирает, прищуривает глаза и проводит рукой по лицу, убирая назад несколько упавших локонов.
– Какой еще друг?
– Доброе утро. Я Леон, – смотрит он на сестру через плечо.
– Я тебе потом все объясню, – обращаюсь к Лиле.
– А я никуда и не спешу.
– Зато я спешу. У меня скоро семинар в универе. И дайте мне уже наконец встать!
Только мы поднимаемся на ноги, как телефон снова начинает проигрывать мелодию. Леон отдает мне его, и я смотрю на экран. Гриша? Он же на гонках был и должен отсыпаться.
– Алло.
– Наконец ответила, – возмущается он. – Ну, что, тебя забрать?
Я смотрю на Лео. Перевожу взгляд на Лильку. Откашливаюсь. В тишине квартиры они слышат голос Гриши, но не могу же я ему признаться, что меня отвезет парень, которого я знаю несколько дней.
– Э-э-э, нет. Я сама доберусь.
Лиля широко улыбается, а я направляю на нее разъяренный взгляд.
– Приедешь сегодня?
– Не думаю. Мне бы семинар отсидеть и отоспаться после.
Потирая лоб, начинаю топать ногой и надеяться, что наш разговор скоро закончится.
– Я вечером тебе обязательно позвоню.
– Может, я вечером тоже отсыпаться буду, – еле сдерживаюсь, чтобы не цокнуть языком от Гришиной фразы. – Ладно, давай, целую.
– Целую.
Шумно выдыхаю через рот и верчу головой. Хоть бы Гриша не обиделся ни на что.
– Ты, – указываю на Леона, – ждешь меня на кухне. А ты, – обращаюсь к Лиле, – не приставай к нему.
Она фыркает и закатывает глаза, будто самый невинный человек на свете. Возвращаюсь в комнату, вытаскиваю первые попавшиеся брюки с водолазкой и одеваюсь. С кухни доносится невнятное бормотание. Похоже, что Лилька все-таки устроила Лео допрос. Схватив несколько учебников и тетрадь, кидаю их в сумку. Мы с Леоном покидаем квартиру, садимся в машину и едем в универ.
– Джедайчик?
– М?
– Я не пялился, просто… оно само.
Нахмурившись, жду, когда он начнет отпускать пошлые шуточки, но вместо этого Лео задает неожиданный вопрос:
– А где татуировка с лотосом между… грудей?
Мозг зависает. Я пару раз моргаю, пока не понимаю, о чем он спрашивает.
– А, ты о переводной татушке?
– Переводной? – удивляется Леон. – Выглядела, как настоящая…
– На настоящую я пока не решилась. Может быть позже, – пожимаю плечами, стараясь подавить зевок.
Откинув голову на подголовник, закрываю глаза и дремлю оставшуюся дорогу.
– Лея, мы подъезжаем, – слегка сжав мою руку, предупреждает Леон.
Короткое прикосновение, но от него внутри как-то мягко. С трудом разлепляю веки. Глаза слезятся, а мне приходится щуриться. Лео съезжает с дороги и останавливается напротив входа в здание.
– Я не смогу тебя дождаться, потому что у меня в десять занятие с тренером.
– Ты шутишь? – хмыкаю.
– Нет, я правда…
– Я не об этом! Тебе и не нужно меня ждать, я сама смогу доехать до дома.
Если бы не он, то мой кошелек стал бы беднее на несколько тысяч, учитывая стоимость такси по утрам.
– Давай я закажу тебе такси заранее. Ты знаешь, во сколько закончишь?
– Леон, я сама в состоянии добраться. Серьезно. Спасибо тебе, что спас меня, иначе бы я точно опоздала.
– Ну, это было совсем не сложно.
– Как мне тебя отблагодарить?
Его губы медленно изгибаются в хитрой улыбке. Скривив лицо, наклоняю голову в бок.
– Давай только без этого.
– Даже в мыслях не было, – поднимает он руки.
Фыркаю и отстегиваю ремень безопасности. Выйдя из машины, поворачиваюсь и наклоняюсь, чтобы видеть его.
– Пока, парень-хоккеист, – машу ему на прощание рукой.
Леон
Барабаня пальцами по рулю, сижу в автомобиле, напротив ледовой арены. Я не поехал домой после того, как отвез Джедайчика в универ, а катался по городу. Хотя, холодный душ мне бы не помешал. Надеюсь, физические занятия дадут результат. Ущипнув за переносицу, ерзаю на сидении, стараясь снизить напряжение внизу живота. Я просто не ожидал, что она выбежит ко мне в одном белье! Да, оно было простое, без кружева, бантиков и всяких фигнюшек. Но сам вид ее полуобнаженного тела чуть не заставил меня захлебнуться слюной и получить стояком по лбу.
Пока Лея спала рядом, я еще держался, но как только она ушла, оставив за собой аромат карамели, член решил снова восстать. Откидываюсь на спинку и провожу рукой по волосам. Так вот почему я взял латте с карамельным сиропом… Я все время ощущал этот запах от Джедайчика!
Телефон «оживает», проигрывая мелодию. Перевожу взгляд на экран и замираю. Машка звонит.
– Привет, Машуль, – отвечаю на входящий.
– Привет, разукрашенный. Ничего мне не хочешь рассказать?
Ой, не нравится мне ее тон. Где я успел облажаться? С Бульбуль все уладил. Вроде даже ничего лишнего не взболтнул.
– Э-э-эм… Не-е-ет.
– Ты почему не рассказал, что у бабушки кавалер появился?
Так вот о чем она!
– Потому что она попросила тебе не говорить.
