7
Олег
Такая забавная. Катя на удивление начала отвечать мне на равных, будто не из моего кармана ей платится зарплата. Каждую мою колкость женщина парировала, а потом и вовсе удивила, когда достала аптечку. Видимо, женушка на славу поработала над моей физиономией. Мстительная сучка.
Только сейчас обратил внимание, что у Екатерины очень живые глаза. В смысле, ей можно и не говорить ничего, ее взгляд говорит сам за себя. И вот сейчас ее глаза просто вопят о том, что я конченный мудак, но ей меня жалко. Я ненавижу, когда меня жалеют. Мне тут же до одури захотелось, чтобы она смотрела на меня с тем же обожанием, что и другие женщины. Наверное, для того, чтобы потешить мое расцарапанное эго.
Я тут же начал ее провоцировать. Мне казалось, что еще пара слов и женщина грохнется в обморок, потом тащи ее тушку до комнаты… Хотя нет, я бы ее здесь и оставил, а то еще грыжу заработаю.
Но Пампушка удивила меня, она решилась влепить мне пощечину.
Я перехватил ее руку и крепко сжал. Как, впрочем, и вторую руку. И для закрепления эффекта просунул колено между ее ног, чтобы не лягалась.
– Вот так и смею, Катька.
Поднял ее руки над головой. Алкоголь, коварный гаденыш, окончательно затуманил мне мозг.
– Пустите меня, – стараясь сдержать дрожь в голосе, потребовала Катя.
Я лишь покачал головой.
– Да что Вы творите? Немедленно пустите меня! Животное! Рогатый! Бабник!
Женщина начала вырываться, я видел, что ей стало страшно, а в ответ лишь ухмыльнулся краешком губ. Странно, обычно с женщинами все с точностью до наоборот в моей компании.
– Какие комплименты. Не упрекай меня, Пампушечка, за то, что я – бабник! – придвинув свое лицо вплотную, прошептал я, глядя ей в глаза.
Женщина дышала часто и тяжело, с каждым ее вдохом, я чувствовал прикосновение ее груди ко мне. По телу прошла дрожь. Придвинул лицо еще ближе, между нами оставалось только пара миллиметров. Чувствовал ее дыхание на своем лице, а бешеный стук ее сердца отдавался вибрацией мне в грудь.
– Если бы я был однолюб, то до тебя бы очередь не дошла, Катерина, – серьезно сказал я.
– Вы отвратительны! – с отвращением сказала женщина.
Заиграл мой телефон, приехало такси. Я чмокнул женщину в губы.
– Но иногда я бываю охренительно клевым, – подмигнул ей, – присмотри за моими мелкими, Катя, пока меня не будет.
Странное чувство, я доверяю этой женщине. А я ведь ее даже не знаю…
Сел в такси и поехал на квартиру к Косте.
* * *
Почти неделя вне дома слилась у меня в голове, как одно сплошное пятно. Я помню вечеринки, реки алкоголя и девушек на любой вкус. Неделя забытья. Как же это круто. На днях звонили Даня и Егор, спрашивали, когда вернется их папа. Сказал им, что присматриваю за квартирой дяди Кости, потому что он попросил. Что было правдой, по факту. Сыновей я не обманываю.
Помню, мы сидели, пили и заедали все это счастье пиццей, как пришла Валентина Михайловна. Она, вроде как, личный секретарь Кости, но я ее боюсь. Страшная она женщина, беспощадная даже.
– Мне позвонил управляющий и сказал приехать утихомирить жильцов.
Сказала она, собирая мусор с пола. А я так и остался сидеть на диване, даже не делал никаких попыток помочь ей. Мне просто было лень.
– Костя не говорил, что ты будешь тут.
– Валентина Михайловна, давайте не будем, а? Зарецкий с женой и детьми улетел отдыхать, а я по доброте душевной присматриваю за квартирой. Вон сколько случаев взломов и краж было. Новости что ли не смотрите?
Женщина молча стояла и смотрела на меня, и было странное чувство, что она действительно видит меня, все мои мысли и страхи. Я поежился под ее взглядом.
– Возьми себя в руки, Филатов. У тебя двое детей.
Я не собирался слушать нотации от Валентины Михайловны, махнув на нее рукой, сменил место дислокации, и перебрался в спальню. Как только моя голова коснулась подушки, я вырубился.
Не знаю почему, но мне снился Зарецкий. Неужели я настолько по нему соскучился? Лучше бы приснилась Милена. Зазвонил будильник, и я со стоном понял, что уже наступил понедельник и пора на работу, возвращаться к взрослой жизни. Сел в кровати, начал собираться. Сегодня встреча с крупным клиентом.
Приняв самый холодный и бодрящий душ в мире, открыл шкаф и позаимствовал у Кости костюм, благо он держит здесь парочку. И вскоре поехал на работу. Написал Ане, чтобы готовила аспирин.
* * *
Ненавижу понедельник. Да и любой другой день недели, когда отходняк, а ты вынужден провести его не в теплой постельке в обнимку с бутылкой минералки. Но Боги смилостивились, и этот день наконец-то закончился.
Я подписал сегодня два контракта по купле-продаже домов, чему был неимоверно рад. Дико скучал по сыновьям, и настолько же не хотел видеть Таню. Но первое пересилило, поэтому в конце дня я собрался и поехал домой.
Пока стоял в пробке, начал смотреть по сторонам и тут увидел занятную картину…
Моя благоверная под руку с каким-то мужчиной выходила из ресторана. Первым моим порывом было выйти из машины и набить морду уроду, потребовать от жены объяснений. Все мужчины по своей природе собственники и своими вещами не делятся. Но благо, этот порыв быстро прошел. Может, Таня мне изменяет? А это значит, что я получу развод. Когда мы расписались, я все-таки смог заставить ее подписать односторонний контракт, в котором черным по белому сказано, что в случае измены супруги наш брак аннулируется. Наверное, я единственный мужчина, который искренне радуется и надеется на измену жены.
Мне даже дышать легче стало. Когда-то я думал, что люблю Таню. Думал, что у нас может быть все по-настоящему. Но это не так. Ни я, ни она не любим друг друга. Я повелся на ее красоту, а она на мои деньги и статус. Сколько раз я ей предлагал развод. Обещал обеспечивать и, черт, даже половину наследства. Но она привыкла к такой, к моей жизни. А в наших кругах развод с мужем – крест на своей репутации. А репутация для Тани – все. И никакие уговоры не помогают. Эта змея еще пригрела место около моей мамы.
«Танечка – восхитительная девочка. Я всегда мечтала о такой дочке». Любимая фраза моей мамы.
Развод, конечно, разобьет ей сердце, но виновником буду не я, что самое важное. Помню слова отца, когда он сказал, что если я буду инициатором, то не видать мне моей части наследства и бизнеса. А я не готов терять свои деньги. Только не из-за Тани. Насвистывая веселый мотивчик, я поехал домой.
8
Екатерина
Сама не знаю, что удержало меня от увольнения после той стычки с заносчивым Филатовым. Ведь проще простого уволиться, не объясняя причин. Именно так и хотела поступить. Стоило вспомнить ту сцену на кухне, и я тут же представляла, как добавляю к расцарапанной физиономии этого пижона еще парочку отметин. Подумать только, а ведь поначалу мне даже было жаль его. Ну правда, мало ли, что за яд был под ухоженными ноготочками его жены.
Да, подруга, ты просто наивная дурочка. Эта парочка стоит друг друга. Один – бабник и хам, вторая – бесчувственная кукла. Ничего общего с четой Филатовых иметь не хотелось.
Но тогда я вспоминала о малышах. Дети не виноваты. Почему-то даже мысли об уходе с этой работы были похожи на предательство. Я просто не могу так поступить с ними. Чего стоит хотя бы взгляд этих бедняжек на следующее утро, когда они поняли, что ни мамы, ни папы дома нет. И хотя потом Егор и Даня разыгрались и снова бегали по дому с криком и смехом, мое сердце разрывалось за них.
Мы как раз играли в Крокодила, когда домой вернулась Татьяна. Я застыла посередине зала, отчаянно пытаясь принять образ кролика, который выпал мне в игре. Дети смеялись, держась за животы, причем моя дочь еще и фотографировала все на телефон. Наглый папарацци. Потому и свою работодательницу я заметила не сразу. Мальчики увидели мать первыми и кинулись ей навстречу. Татьяна обняла детей и обратила свой взор на меня.
– Екатерина, – обратилась ко мне, – зайдите в кабинет через десять минут.
Я кивнула и стала собирать с пола разбросанные игрушки. Почему-то в памяти сразу всплыл вчерашний поцелуй ее мужа. Да и поцелуй ли? Так, издевка и насмешка над прислугой. Именно потому так мерзко на душе и разговаривать с Татьяной совсем не хочется.
Дети под предводительством Тины устроились на диване и включили мультики. Попросив дочку последить за малышами, я направилась в кабинет, надеясь, что разговор не затянется надолго.
Татьяна сидела за столом с бокалом вина. Не взглянув на меня, кивком головы указала на стул.
– С мальчиками проблем не возникало? – был ее первый вопрос.
Татьяна слушала мой небольшой отчет о том, как прошел день, задумчиво водя пальцем по краю бокала. Неожиданно она вскинула голову и посмотрела на меня.
– Мой муж ночевал дома?
Я запнулась на полуслове. Медленно покачала головой и ответила.
– Нет, он уехал после Вас.
Татьяна сжала губы и кивнула. Поднесла бокал к губам и сделала глоток.
– Хорошо, Катя.
Она уже не смотрела на меня, поднялась с кресла и встала перед окном спиной ко мне. Я не знала, как поступить. Означает ли это, что я могу быть свободна или нужно дождаться ее распоряжений… Спустя несколько томительных секунд Татьяна бросила мне через плечо.
– До понедельника Вы можете быть свободны.
Я кивнула и, поблагодарив Татьяну, направилась в зал. На удивление, дети сидели спокойно и даже не отреагировали на мое появление.
– Тина, собирайся, – сказала я дочери и села между мальчиками.
Дочка с недовольным видом и вздохом обиженной жертвы пошла в комнату. Я видела, что ей нравится проводить время с Егоркой и Даней. Тинка давно мечтала о младшем братике или сестренке. Но если раньше у меня еще оставались какие-то надежды и мечты на счастливую и большую семью, то теперь я поняла, что нам это не светит. Впрочем, нам и так хорошо.
* * *
В субботу я решила, что нам с Тиной давно пора посвятить день здоровому образу жизни.
– Подъем, лежебока!
Стянула с дочки одеяло, а она лишь промычала что-то в ответ и свернулась калачиком в постели. Я засмеялась от этого неизменного ритуала и пошла на кухню. Приготовив тосты и зеленый чай, который так любит Кристина, вернулась в комнату. Картина не изменилась. Дочка спала все в той же милой позе и казалась мне сейчас совсем малышкой.
Поставила поднос на стол и легонько потрепала ее по плечу.
– Ну, маааам…. – было мне недовольным ответом.
– Давай, сладик, без разговоров, – шутливо прикрикнула на нее и уселась в кресло.
Тина поднималась с постели, кряхтя и охая, а я посмеивалась над ней, наблюдая за мучительными сборами. Через десять минут дочка вышла из ванной и плюхнулась на кровать с чашкой чая в руках.
– Расплескаешь же, – покачала я головой, но Тина лишь хмыкнула и стала пить осторожными глотками, заедая тостами.
– А что у нас по плану? – спросила она с набитым ртом.
Я сделала вид, что задумалась.
– Ну, не знаю… Кто-то недавно хотел покататься на роликах…
Я не договорила, так как была прервана радостным визгом. Дочка тут же забыла про завтрак, кинулась к шкафу и стала доставать одежду. Точнее, бросать на пол все, что попадалось под руку и по ее мнению не подходило для нашей прогулки. В итоге в парк мы попали уже после обеда. Отстояли долгую очередь за роликами. На самом деле я хотела взять на прокат велосипед, но из солидарности с дочкой пришлось взять именно их.
Первые десять минут я неизменно падала под звонкий смех Тины. Предательница каждый раз нарезала круги рядом со мной и получала явное удовольствие от того, что ее мамаша не может устоять на роликах.
– Мамочка, ты такая смешная, – рассмеялась она, когда я в очередной раз плюхнулась прямо на свою многострадальную пятую точку.
Теперь и я поняла всю комичность этой ситуации. Ей-богу, надо было брать велосипед.
– Руку дай, вредитель, – пробурчала я, скрывая улыбку.
Спустя час я более-менее приноровилась, благо Тина держала меня за руку, и мы наслаждались своей прогулкой. В какой-то момент я даже почувствовала гордость, что у меня получается, но тут Тина резко выдернула руку и с возгласом «ой, белочка» покатилась к ближайшему дереву. По инерции я проехала еще несколько метров, смотря под ноги, стараясь не упасть. Как тут услышала мужской крик.
– Поберегись!
Вскинула голову слишком резко, и увидела, как в мою сторону несется на роликах мужчина. От неожиданности я растерялась и постаралась отъехать в сторону. Но мой маневр не увенчался успехом. С тихим чертыханьем поняла, что ноги начинают разъезжаться в разные стороны, и спустя пару секунд я уже лежала в траве.
Мужчина резко остановился, развернулся и подъехал ко мне.
– Вы не ушиблись? – спросил он, протягивая мне руку.
Резинка каким-то образом слетела, и волосы растрепались, лезли в глаза. Я даже думать не хотела, на какое пугало похожа. Потому забыла о вежливости и буркнула в ответ.
– Вы ненормальный.
Мужчина замер, а затем откинул голову назад и громко рассмеялся. А я стала рассматривать его внимательнее. На вид ему было лет сорок, очень высокий. Жилистый, даже через чур худой. Одет в спортивный костюм. На роликах он держался уверенно. Волосы темные, с проседью. Но самое забавное, он был в очках. Я не удержалась от смешка, и он снова посмотрел на меня.
– Так Вам помочь?
И не дожидаясь ответа, он рывком поднял меня на ноги. На секунду наши тела соприкоснулись, и я дернулась в сторону. Отряхнулась от травинок, а виновник моего падения продолжал рассматривать меня, словно какой-то музейный экспонат.
– Мама, ты неваляшка, – дочка уже стояла рядом с нами, кося любопытным взглядом в мужчину.
Тот повернулся к ней с улыбкой.
– А ты, гляжу, профессионал.
Тина покраснела и стала теребить косичку. Она всегда так делает, когда нервничает.
– Федор, – протянул мне руку этот мужчина, и ничего не оставалось, кроме как пожать ее в ответ.
– Катя, – вежливо улыбнулась ему и положила ладонь на плечо дочери для страховки.
Не знаю, как так получилось, но оставшееся время прогулки мы провели вместе с Федором. Теперь мужчина ехал медленно, подстраиваясь под наш ритм. Иногда Тина уезжала вперед, оставляя нас позади. Федор оказался интересным собеседником. Открытым и веселым. И если сначала я терялась и лишь мычала в ответ что-то невразумительное, то потом привыкла к его обществу и уже смеялась, не стесняясь, на его шутки.
