– И я тогда воды, – наши взгляды встречаются. Он улыбается одними глазами, на губах расползается тонкая ухмылка.
– Макс…
Хочу сказать, что он не обязан свои желания подстраивать под мои. Сегодня был его концерт, и, думаю, ему со своей группой хочется отметить. Я со своей водой выгляжу явно как чернильное пятно на гладкой белой бумаге.
Не успеваю оформить мысли в слова, как до моих губ дотрагиваются теплые, мягкие губы Макса. Одно касание, невинное, по-детски скромное, а я улетаю на седьмое небо, промычав что-то несуразное через закрытый рот.
Глаза нараспашку. Я вижу все, что происходит за спиной Макса, пока он притягивает меня к себе ближе и теснее. Его твердое, накачанное тело плотно прижимается к моему, заставляя сердце слететь с катушек. Оно бьется точно в каменную грудь Пауля, и он не может не чувствовать мой сбившийся пульс.
Это мой первый поцелуй…
Черт. Не так я себе его представляла.
– Прости. Не удержался, – говорит без капли сожаления. – Кнопка «Sos» будет применена в действие?
Закатываю глаза и легонько бью по плечам Макса. Он смеется, не отпуская меня из своих рук. А я пытаюсь устаканить в своей голове, что мой первый поцелуй произошел в старом, ужасном баре на глазах у проституток и извращенца бармена, но… со своим кумиром и мечтой тысячи девчонок. Так что плевать на обстановку.
Открываю бутылку трясущимися руками и выпиваю добрую половину. Внутри пожар. Щеки пылают и окрашиваются в классический красный.
– Весь вечер смотрел на них, – второе признание выбивает почву из-под ног. – Наверное, стоит извиниться еще раз?
– Это всего лишь поцелуй, – пробую отмахнуться. Но только слепой не увидит моего волнения. – Самый обычный.
– Обычный, говоришь? – Его хриплый смех заставляет дрожать. В его же руках.
Мамочки…
– Самый обычный, – шевелю губами, не выдавая и звука.
В глазах Макса мелькает что-то знакомо-опасное. Чувствую себя в западне, откуда не выбраться. И в висках запульсировало от ожидания чего-то более горячего и запрещенного.
– Звучит как вызов, – без шуток отвечает. Его тон серьезный, пробирает до мурашек.
– Я не…
Пробую отвернуться. Ладонь Макса опускается на мой подбородок и фиксирует. Сглатываю, предчувствую, что последует дальше. От этого разрывает на части. Хочу? Не хочу? Это же Макс Пауль! Любая отдала бы полжизни, чтобы оказаться на моем месте. Но мне хочется чего-то особенного.
Губы обжигает, когда Макс целует меня. Его язык раздвигает сомкнутые в бантик губы и врывается в рот, дотрагиваясь до моего языка. Вновь позорно мычу.
Он целует по-мужски уверенно. Знает, что делает, когда я нахожусь в полном шоке и прострации. Отвечаю, глупо даю себя целовать, как какая-то малолетка.
– А теперь? – спрашивает.
– Теперь ты вероломно разрушил правило первого свидания.
Во рту крутится наш общий вкус, моей клубничной жвачки и его мятной. Мне вкусно, и от этой мысли кровь стремительно приливает к щекам.
– Значит, ты одна из тех, кто придерживается правила никаких поцелуев на первом свидании? Эх, если бы я знал.
– Не полез бы целоваться?
– Конечно бы полез, – поддевает кончиком носа мой. – Сказал же, мечтал об этом весь вечер.
– А ты наглый, – кое-как отодвинув от себя Макса, скрещиваю руки. Мне нужно хоть капельку воздуха.
– Наглый, – повторяет.
– Совсем не джентльмен.
– Далеко не джентльмен.
– Нахальный.
– Обожаю эту черту характера.
Я резко выдыхаю от столь хамоватой манеры общения. Это бесит и вызывает любопытство. Макс Пауль на сцене не тот же Макс, что сейчас стоит передо мной. И уж точно не тот, кого я рисовала в своих мечтах, слушая его песни и фанатично рассматривая на концертах.
– Ты грубый, – провожу указательным пальцем по губам. Они болят.
Макс выбрасывает руки в стороны. Ему ничуть не стыдно. Ему забавно.
– Бессовестный, бесцеремонный, циничный… хам, – не успокаиваюсь.
– Что ж…
Макс убирает руки в карманы и отходит от меня на шаг. Тут же температура воздуха вокруг меня снижается на добрые двадцать градусов, кожа покрывается тонким слоем льда.
– Ты высокомерная, эгоистичная, бездумная принцесса. Тоже, кстати, любительница похамить. Да-да, я запомнил твои слова про мою «развалюху», – намекает на свою машину. – Ей было очень обидно.
– Жалеешь, что не задавил, Макс Пауль? – Прищуриваюсь и приближаюсь.
Между нами заискрило. Я дышу поверхностно, часто.
Он не отвечает и вместо этого кладет руку на мой затылок, притягивая меня к себе. Упирается лбом в мой лоб, чуть нагнувшись. Прикрываю веки, потому что близость его тела, запаха, губ… Как что-то запретно-манящее. Влюбиться в такого, как Макс, воспрещается. От такого, как он, нужно держаться подальше. Но я… бездумная принцесса.
И сердце рядом с этим рокером срывается с петель и долбится по всей грудной клетке, выбивая одно единственное слово изнутри: «Поцелуй».
– Мы можем уехать отсюда, – низко произносит.
– Ты прав. Отвези меня… домой. Это был прекрасный вечер, который подошел к концу.
– Что?
Поджимаю губы, скрывая улыбку.
– Ты обещал меня отвезти обратно, Макс. И я говорю тебе: «Пора».
– …Ладно. Принцесса.
Пока Макс везет меня в нашу деревню, мы не роняем и слова. Макс выглядит задумчивым, часто бросая на меня загадочные взгляды.
Он останавливается у магазина, где была назначена встреча, и заглушает мотор.
– Спасибо за вечер, – прощаться тяжело.
– Тебе спасибо. Ты точно его скрасила.
Поворачиваем головы друг к другу. Опускаю взгляд на его губы, вспоминая тот поцелуй.
– Я могу рассчитывать на… – он замолкает и, прикрыв глаза, откидывается на подголовник.
Отвожу свой взгляд в сторону и натыкаюсь на парочку, идущую по дороге. Они обнимаются, о чем-то весело разговаривают. И все бы ничего, если бы…
– Вот подстава! – ругаюсь и опускаюсь к Максу на бедра. На пах.
– Черт тебя дери, Ливи! – выкрикивает.
Ох ты! Я сглатываю, чувствую, как этот самый пах напрягается, твердеет. Жутко краснею, и у меня першит в горле.
Повисает тишина, разрушаемая лишь протяжными вздохами и моим скулежом.
– Они прошли? Та парочка?
– Давно.
Поднимаюсь вся красная, боясь посмотреть в глаза Максу.
– После такого я рассчитываю на второе свидание, Оливия Эдер.
– Извращенец! – раскрываю дверь и выбегаю.
Господи, какой же стыд! И какая я принцесса?…
_______________
За анонсами, визуалами и обсуждениями можно переходит ко мне в тгк
daria_belova_avtor
https://t.me/daria_belova_avtor
Глава 13. Оливия
– И как твое свидание? – Мелани откусывает большой кусок торта и запивает из большой чашки капучино.
На мне огромные солнечные очки из-за покрасневших белков и синяков под глазами. Я не сомкнула глаз этой ночью. Все думала о первом свидании с Максом, поцелуе и моем позоре. Щека до сих пор чувствовала твердость его паха.
– Ты хоть скажи, кто он. Я твоя лучшая подруга, а такое утаиваешь.
Я устало вздыхаю. Или рычу.
– У него есть друг? Симпатичный? Я тоже хочу на свидание.
Отворачиваюсь. На ум приходит только Тор. Это вызывает смех, и я впервые за утро улыбаюсь. Тор и Мелани. Вот это парочка.
– Ливи, умоляю не молчи. Мне же так любопытно!
– Вчера я целовалась, – начинаю с такого откровения.
Телефон в кармане приятно вибрирует, оповещая о входящем сообщении. Почему-то сковывает волнением.
– С языком?
Краснею, благо очки скрывают половину лица.
– С ним, с ним.
Открываю сообщение, уставившись сначала на имя отправителя. Нерешительно пробегаюсь по тексту и тут же блокирую.
«Привет».
Банальное, обезличенное «привет».
– И как? Тебе понравилось?
Закусываю губу, оборачиваясь на колокольчик в кафе. Он звонит, впуская посетителей. Марат и Алекс. Только их сейчас мне и не хватало.
Они переглядываются и улыбаясь идут к нашему столику. Очки скрывают, как я закатываю глаза.
«Как насчет второй встречи?» – появляется второе сообщение на экране.
Щека вспыхивает. Именно та, что ласкала твердый пах.
– А Ливи вчера целовалась. И я так понимаю, ни с одним из вас, – Мелани сдает меня.
– Что? – парни шокировано переглядываются. На меня смотрят с нескрываемой ненавистью. Господи, ну с чего они решили, что я должна обязательно выбрать только кого-то из них?
Телефон загорается именем отправителя сообщения. «М. П.» Все сидящие за столом видят заставку с Максом, а в половине заведения раздается совсем другая мелодия, не последний хит Макса.
– Обернись, – отвечаю и слышу такой знакомый голос, по которому успела соскучиться.
У магазина остановилась машина Пауля. Сам он за рулем с телефоном у уха.
– Ныряй, – говорит.
