(Не)измена Повелителя дроу. Цена прощения
Полина Корн
Мой муж – властный Повелитель дроу, но сейчас он стоит в огороде с голым торсом и лопатой наперевес, пытаясь растопить мое сердце после его измены. Смогу ли я его простить?
У него осталось всего два дня, чтобы убедить меня в своей невиновности. Я обещала выгнать негодяя прочь. Но сроки затягиваются, прежняя страсть вспыхивает с новой силой, а судьба не забывает подкидывать нам общие испытания
#бурное_примирение 18+
#настоящий_мужчина
#эльфы
#решение проблем в браке
#бытовое
#повествование от мужского и женского лица
Полина Корн
(Не)измена Повелителя дроу. Цена прощения
Глава 1. Незваные гости
Аркелан
Жена знакомо вздрагивала в моих руках и долгое ожидание того стоило. Пусть между нами до сих пор много неопределенности, но зато я смог подобраться к ней поближе. Я обводил языком трепещущую плоть, наслаждаясь ее реакциями.
Дэйдрэ.
Единственная, ради кого я был готов изменить всю свою жизнь. Отказаться от статуса Повелителя Дроу, от балов и интриг Подземья, только бы видеть каждый день мягкий свет нежно-зеленых глаз, только бы вдыхать этот свежий аромат первой весенней зелени, который всегда сопровождал мою Сейхо.
Эта ласка, на которую она согласилась, сама того не желая, для меня была похожа на томительный аперитив перед основным блюдом. Всхлипы и стоны любимой раззадоривали внутреннего зверя, мое тело давно превратилось во взведенную пружину, казалось, брюки вот-вот прорвет каменный напряженный член.
«Держи себя в руках, идиот!», - прикрикнул сам на себя, собирая всю волю. Если сейчас нарушу хрупкое доверие, обратного пути не будет, она больше никогда не пустит меня в дом!
Но сама хозяйка зарылась пальчиками мне в волосы, и притянула голову ближе, намекая, что стоит усилить напор. Дэйдрэ давно закрыла глаза, и выгнулась в пояснице, периодически цепляясь то за край столешницы, то за мои волосы. Я рыкнул, не отрывая губ, ввел в жаркое влажное лоно палец, сорвав с губ любимой несколько одобрительных судорожных вздохов.
Если бы… Если бы мы только были одни! Я не смог бы ограничиться только этой, почти невинной лаской.
За последний месяц я круто изменил свою жизнь, но и моя жена очень сильно все поменяла, покинув меня. Теперь она — больше не скромная, прячущаяся по изгибам подземных пещер, ящерка. Дэйдрэ обзавелась своим жильем, она хочет быть самостоятельной, и я должен уважать ее выбор. Поэтому я — только помощник, и если ей потребуется не только поставить забор и построить теплицу, а утолить телесный голод…
Что ж. На какие жертвы не пойдешь ради любимой женщины!
Фантазия о том, как я буду вот так языком удовлетворять ее каждый день сразу после завтрака, понеслась вперед, ускоряя мои пальцы и язык. Я слишком хорошо знал ее слабые места. Ей всегда нравилось, когда я едва касался кончиком чувствительной жемчужинки, порхая над ней, невесомо трогая кончиком. А еще, когда я делал вот так.
— Ах! — судороги пронзили тело Дэйдрэ, от чего она всхлипнула, закусывая палец. Она боялась сильно шуметь, чтоб нас не услышала Люпина, ее приемная воспитанница.
Девочке не повезло обгореть в пожаре, где она потеряла своего отца и едва не отправилась на тот свет. Если бы не моя Дэйдрэ, последствия операции по пересадке кожи, сделанной ей в лечебнице Орнена, непременно бы убили малышку. Хотя, можно ли так ее звать? Насколько я понял, девочке около десяти или одиннадцати лет. Хрупкое маленькое тельце покрыто шрамами, волосы частично выгорели, и теперь она носила платок, прикрывая им большую часть головы. Но ее синие глаза обладали уникальным ультрамариновым оттенком. Такой редко увидишь среди людей.
Сейчас девочка увлеченно играла в саду и точно нас не слышала. Сегодня теплое солнце пригревало, окончательно забирая остатки зимнего снега.
— Я тебе не изменял, Дэйдрэ. Я буду доказывать это столько, сколько нужно. Пока твое сердце не оттает и не простит меня окончательно, - распрямившись, я облизнул губы.
— Но как же… Тирса? — в ее голосе сквозило непонимание.
— Я ее казнил. Ллос не щадит предателей. Моя мать прошла суд, она сейчас в подземелье. Вместе с хирургом-садистом, Амирэлем. Почему ты ничего мне не рассказывала? Операция, слухи, обращение моей матери и сестры с тобой. Ты молчала, пряталась… почему?
Ответа не последовало. Вместо него по щекам любимой потекли слезы. Я помог поправить ей платье, и притянул к себе.
— Сейхо… не плачь. Я всегда любил только тебя. Ты — самое ценное в моей жизни. С того мига, как у алтаря почувствовал в своей руке твои маленькие пальчики и нас благословила Лиорет.
Думаю, мы бы продолжили разговор, если бы нас бесцеремонно не прервали голоса во дворе. Их было двое: мужской и женский, оба старше сорока лет. Судя по их шагам — люди. Острый слух дроу помог мне быстро оценить обстановку.
— И это здесь живет моя племянница?! Ямы на каждом шагу! Какое право пигалица из лечебницы вообще имела забирать ребенка?!..
— А ты слышала, что про нее говорят в деревне? Якобы она с дроу живет и слаба на передок!
Жена вскочила со стола, готовая сражаться за свою приемную дочь.
— Дэйдрэ, не спеши, - я прервал ее, выходя из кухни.
Двое перебрались через разметку, угодив ботинками в грязь. Сейчас они старались как-то вышагнуть оттуда, но липкое природное месиво их не отпускало.
— Что за бардак! Дом огромный, здесь должны быть мощеные дорожки, а не болото! — возмутилась женщина. Невысокая, полноватая. Лицо ее выглядело распухшим, таким, словно она любит по вечерам приложиться к настойке. Кожа раскраснелась от усилий выбраться из грязи, на широком лбу выступили капельки пота. Но вот цвет глаз… выдал родственницу Люпины.
Пусть сам разрез был некрасивым, и зрачки заплыли складками и жиром, но морской ультрамарин мелькал в просвете, не оставляя сомнений.
Мужчина рядом с ней, явно ее муж, судя по тому, как осторожно поддерживал супругу под локоток, и панически осматривал двор. Увидев меня, мужичок замер и испуганно сглотнул. В серых, блеклых глазах отразилась паника. Он достал из кармана куртки платок и протер лысину на макушке, а потом легко пихнул в бок жену, привлекая внимание. По комплекции он обладал обычным человеческим ростом и фигурой, характерной для его возраста. Небольшой животик, мешки под глазами и крупный красный нос. Кажется, они оба были любителями накатить.
Непрошенная гостья в это время смотрела в другую сторону, где топтался Дарк, наш высокий черный жеребец.
Но, уловив сигнал мужа сразу же перевела цепкий взгляд на меня. Синие глаза тут же впились острыми иглами.
— Ты видно и есть тот дроу-любовничек! Зови свою хозяйку, мне нужно с ней поговорить! — безапелляционно заявила она.
Я усмехнулся. Жалкие людишки пытаются приказать Аркелану Кровавому? Показал белые, чуть выступающие клыки, скрестил руки на груди.
— А может мы пойдем, а?.. — слабо попробовал сбежать мужичок, но жену его было не остановить.
Про таких говорят, что «наглость — второе счастье».
— Куда ты собрался-то, Бухнорь? Не знаешь, что ли, Люпинушку держат здесь насильно! Увезли из лечебницы без нашего разрешения! Она, небось, вся заждалась своих обожаемых тетю с дядей. И никакой неотесанный дроу не имеет права вставать у нас на пути!
— Аркелан, отойди, - сзади раздался ласковый мелодичный голос. — Если они родственники Лю, мы должны с ними познакомиться.
— Вот так бы и сразу! — всплеснула руками женщина. — А-ну, мерзкий дроу, иди сюда, помоги мне выбраться из грязи.
Эта женщина начинала меня раздражать своим хабалистым поведением и повелительными нотками. Она меня за раба считает, что ли?
— Дроу вовсе не мерзкий, и он здесь не слуга, а мой гость. Если бы вы пошли по дороге, вон там, - Дэйдрэ показала на путь в нескольких метрах от парочки, - то не увязли бы в грязи. Потрудитесь выбраться самостоятельно.
— Надо же, какая ушлая! Не там мы ходим, понимаешь? — обратилась женщина к своему мужу, поджав двойной подбородок. Я заметил у нее под губой большую отвратительную бородавку. Меня передернуло от отвращения.
Но больше я был обеспокоен реакцией Дэйдрэ. Слишком спокойный терпеливый тон. И нежная, приглашающая улыбка на губах. Почему она не прогонит их прочь?
С кряхтением, пыхтением, стонами и матами, парочка все же выбралась из грязи. Жена продолжала спокойно смотреть на эту парочку, ожидая их появления. Башмаки гостей оказались по щиколотку заляпаны густыми коричневыми сгустками размокшей почвы. Дальше произошло то, чего я боялся: эти двое, ни капельки не церемонясь, прошли мимо Дэйдрэ прямо в обуви, заляпав чистый пол.
Я-то знал, что сегодня утром моя жена хлопотала на кухне, и помыла пол до блеска в кухне, прихожей, а также в своем рабочем кабинете. А они поперлись в дом в обуви, ничуть не стесняясь!
Малышка думала, что я ничего не замечаю и занят своими делами. На деле же, я, починяя забор, продумывал стратегию по завоеванию жены, и один из пунктов представлял собой обязательную помощь по хозяйству. Как раз сегодня я должен был заняться магической проводкой, посмотреть в каком месте она не сходится и почему вечером не включаются светильники.
Так вот, на рассвете, я, ополоснувшись и почистив зубы, занял стратегическую выжидательную позицию на лестнице. Сквозь перила, скрывшись в тени, используя свои навыки дроу, я, пряча свет глаз под полуприкрытыми веками, наблюдал за Дэйдрэ. Она встала еще раньше, и с первыми лучами солнца начала работать. Заглянула к себе в кабинет, оттуда потянулся запах трав. Через минут двадцать, она показалась с ведром и шваброй, начала мыть пол. До меня дошло, что смесь трав, видимо, предназначалась для приятного аромата и обеззараживания поверхностей.
Как раз тогда из их общей комнаты выглянула заспанная Люпина, увидев меня, девочка выпучила глаза. Но я прижал к губам палец, прося ее не шуметь и не выдавать мое присутствие. Понятливо кивнув, она спустилась по лестнице и побежала на кухню, где они вдвоем начали готовить завтрак. Определив для себя курс, я решил, когда закончу с проводкой, предложить свою помощь в мытье полов. Только сделать это нужно будет таким образом, чтоб Дэйдрэ не отказала.
Увидев, насколько дроу полезен в хозяйстве, она разрешит мне остаться? Особенно после того, как я хорошо поработал языком?..
— Дома у себя вы тоже ходите в обуви? — буднично спросила Дэйдрэ, продолжая мило улыбаться.
Откуда у жены столько терпения? Когда я увидел, как эти двое идут по только что помытому полу, мне захотелось загородить проход собой, выгнать их, припугнуть, избавиться от незваных гостей любыми способами. Но в этом доме я не имел права голоса. Поэтому лишь сильнее сжал челюсти, привалившись к косяку на кухне и наблюдая за развитием событий.
— Конечно нет! Но у вас, небось, тут слуги моют? Такой домище купили, наверняка есть кому навести порядок, - заявила тетя Люпины, садясь за стол. Ее муж пристроился рядом.
Сейхо улыбнулась. Уголки губ поползли вверх, однако в ее нежно-зеленых глазах застыл лед. Не знал, что она умеет ТАК смотреть. Моя маленькая нежная человечка.
— Я слежу за хозяйством сама. В следующий раз прошу так не делать.
— Раз так, то может угостите чем-то? — подал голос мужчина, алчно оглядывая полки. От его взгляда не укрылось и блюдо с блинчиками, прикрытое прозрачным куполом, и разные баночки с медом и вареньем, которые Дэйдрэ не успела убрать из-за того, что я ее отвлек.
Кстати, об этом…
Мой взгляд скользнул по полу, находя скомканные женские трусики. Они остались лежать, брошенные недалеко от стола. У жены просто не было времени их надеть.
— Конечно, дорогие гости, я налью вам чаю, - медленно произнесла жена, и пошла в сторону чайника, чтоб поставить его. На пути у нее возникли злосчастные трусики.
Благо моделька белья мало походила непосредственно на трусы, скорее на какую-то безликую тряпку.
— Плохо следишь, - подвела итог гостья. — Вон, тряпки раскиданы по полу.
Кулачки Дэйдрэ беззвучно сжались. Она медленно зажгла плиту и поставила чайник. По ее жестам я догадался: предел ее терпения уже где-то близко.
— Положи, хозяйка блинов, да побольше. И медку не забудь! — похлопал себя по круглому барабану-животу мужик. — Может и спиртное что есть на закусь?
Я метнулся к Дэйдрэ, наклонился и подобрал ее трусики так, чтоб гости не заметили истинное назначение «тряпочки». Спрятал в карман. Представляю, что бы случилось с этой бабищей, если бы она поняла правду. Дэя бросила на меня благодарный взгляд. Я помог ей налить чай в чашки и подать гостям, все еще не понимая, почему мы так заискиваем перед незваными людьми.
— К сожалению, нет. Алкоголь я использую исключительно для работы.
— Да ладно тебе, жалко что ли, мужику налить?..
— Я даже не знаю, как вас зовут, гости дорогие. И по какому вы вопросу пришли, - улыбнулась Дэйдрэ, садясь за стол напротив них. Я последовал ее примеру, хотя хотелось просто врезать тупому увальню, решившему, что может так разговаривать с моей женой.
— Что за работа такая, где алхоголь потребен? — воскликнула тетка, присасываясь к чашке с травяным чаем.
— Это неважно. Так что, вы представитесь?
— Меня зовут Фердинанта Соркейн, а это мой муж, Бухнорь Соркейн. Как вы уже догадались, мой брат был отцом Люпины, пока не преставился, - женщина грюкнула ложкой по блюдцу. — Извольте объяснить, каким образом вы забрали мою племянницу из лечебницы, не согласовав этого с нами, ее родственниками!
Глава 2. Скрытое становится явным
Дэйдрэ
