Страница 3 из 6
– Что это ему взбрело в голову в такую рань? – с любопытством произнес Ер.
Ю Си не стал делать вид, что ему совсем безразлично. Его лицо оставалось бесстрастным, но он не отвернулся, а вместе с Ером сделал шажок поближе к двери Эры.
Не обращая на их присутствие внимания, Шен решительно постучал в нужную дверь.
Привыкшая вставать с рассветом Муан Эра уже не спала и открыла дверь по первому стуку. Увидев, кто стоит на пороге, она нахмурилась, а взгляд ее тут же метнулся к оставленному у стены оружию.
– Можно войти? – уточнил Шен. – Нам нужно поговорить.
– Разве нам есть о чем разговаривать? Осталось что-то, что ты не сказал вчера? – холодно произнесла она, не спеша отходить от двери.
– Есть кое-что, – согласился Шен и замолчал, отчетливо давая понять, что дальнейший разговор возможен лишь за закрытыми дверями.
Эра покосилась за плечо Шена, заметила стоящих неподалеку Ю Си и Ера и отступила в сторону, пропуская старейшину пика Черного лотоса в свою комнату. Хоть она отчетливо осознавала разницу в их силах, вероятность, что Шен решится навредить ей наедине, уже не рассматривалась. Должно быть, даже он в ее глазах настолько не упал.
Закрыв за ним дверь, Эра обошла его и встала в центре комнаты, сложив руки на груди и выжидательно уставившись на него.
Шен перевел взгляд на стоящего рядом Муана и подал ему руку. Пальцев коснулся холод, по крови разлился впивающийся в сосуды лед, но затем неприятные ощущения вновь сменились чувством легкости и циркулирующей вокруг энергией – даже дышать стало легче.
Повернувшись к Эре, Шен подумал, что стоило бы как-то ее подготовить… Это вообще возможно?
Глядя на появившегося рядом с Шеном брата, Эра сперва обратилась статуей, а затем пошатнулась, будто ноги перестали держать ее. Отступив на шаг, она смогла вернуть себе равновесие и вновь принять гордый вид. Стараясь не глядеть на брата, она с отвращением обратилась к Шену:
– Что это?
Муан даже опешил от такого пренебрежения.
– Это брат твой, вообще-то, а не «что-то»! – с возмущением фыркнул он, привлекая к себе внимание.
Эра стойко продолжала смотреть исключительно на Шена.
– Он… с самого начала был тут, – произнес хозяин Проклятого пика. Голос подвел его, и конец фразы прозвучал совсем хрипло.
Эра перевела взгляд на Муана. В этом взгляде боль смешалась с робкой надеждой и сильным недоверием. Она осмотрела Гая с головы до ног и вновь уставилась на Шена. А затем, искривив губы в презрительной усмешке, произнесла:
– Ты еще более жесток, чем я думала. Какому демону ты дал облик моего брата?
Муан запоздало подумал о том, как его появление может выглядеть в глазах Эры. Прежде ему не приходило в голову, что может последовать еще какая-то реакция, кроме радости.
– Ты ведь тоже видела шар света рядом со мной. Это всегда был Гай.
– Зачем ты такое творишь?! – разозлилась Эра.
Муан сделал шаг вперед.
– Эй, я ведь так никому и не рассказал, что это ты своровала те «священные» персики.
Эра уставилась на него как на умалишенного.
– Обжиралась ими три дня в надежде повысить уровень духовной энергии.
– А потом ты сказал, что надо было есть с косточками. Я ела без косточек, поэтому не получилось… – настороженно произнесла Эра.
– Ох и влетело мне тогда от мамы, когда она узнала об этом.
Эра выглядела немного растерянной.
– Погоди… Так она знала? Со мной никто не говорил об этом!
– Наверное, не хотела, чтобы я дразнил тебя всю оставшуюся жизнь. А я бы так и сделал, если бы мне разрешили рассказать правду.
– Так это не были священные персики?
– Конечно нет! Мама просто собрала их, чтобы сделать вино.
– Но они выглядели по-особенному…
Муан самодовольно разулыбался.
– Что ты с ними сделал? – вздрогнула Эра.
– Эй, это было столько лет назад! Очевидно, что ты вполне выжила, поэтому не делай такое лицо!
– Что. Ты. С ними. Сделал?
– Покрасил мамиными румянами. Было вкусно?
– Я тебя убью! – завопила Эра.
– Хе-хей, я уже призрак, – усмехнулся Муан, и вся атмосфера, зародившаяся в результате перебранки, тут же исчезла, оставив сосущую пустоту в районе груди.
Эра перевела взгляд с Муана на Шена и обратно. Ей так сложно и больно было поверить, когда Ал сообщил о смерти брата, а теперь все стало казаться дурным сном. Наверное, это была шутка, он ведь прямо здесь. Да, как она могла поверить, что он мертв?
Вконец запутавшись, Эра уставилась на Гая и почувствовала, как глаза наполняются влагой. Она с трудом сдерживалась и могла расплакаться даже в присутствии Шена. Она сделала шаг вперед, намереваясь обнять брата, но руки прошли насквозь. Сердце рухнуло, Эра тупо уставилась на руку Гая, сжимающую ладонь Шена. Она уже ничего не понимала. По щекам все же потекли слезы.
– Не плачь, – посерьезнев, произнес Муан. – Пусть сейчас я в самом деле призрак, но обещаю, что вернусь к тебе.
Слезы Эры тут же высохли, она подняла на него настороженный взгляд и не заметила, что Шен уставился на ее брата с яростным возмущением. Муан не смотрел на него, продолжая говорить что в голову взбредет:
– Я попался в ловушку, но у нас еще есть шанс все исправить.
Шен так разозлился, что с трудом сдержался и не вырвал руку из ладони мечника. Ему пришлось прикрыть глаза, чтобы хоть как-то обуздать эмоции.
Муан покосился на него, не совсем понимая такую реакцию.
Их взгляды не укрылись от Эры. Она пристально посмотрела на обоих, вновь перевела глаза на своего брата и медленно произнесла:
– Я оплакивала тебя. Я надела траур. А теперь ты говоришь мне, что еще есть шанс все исправить?
– Тебя не радует эта весть? – состроил дурачка Муан.
– Меня не радует ничего из происходящего!
Старейшина пика Славы помолчал, собираясь с мыслями, и произнес:
– Похоже, я не умер окончательно. Скорее всего, Демнамелас подстроил все это, чтобы заманить в ловушку и шантажировать Шена. Все решили, что я умер, да и Шен тоже, потому что он может видеть призраков, а я предстал перед ним в таком виде.
Шену все же удалось взять под контроль эмоции. Теперь он стоял, с холодной яростью наблюдая, как Муан выкладывает сестре все, что они договорились скрывать. Разве Муан не сказал, что собирается просто попрощаться «на всякий случай»? Этот разговор на прощание не походил, и Шен гадал, не был ли план таким с самого начала.
Он не предупредил его, потому что… боялся? Чувствовал свою зависимость от решений Шена и опасался, что тот просто откажется, не став слушать никаких доводов?
Да какие вообще здесь могут быть доводы?!
Он мог бы, осознал Шен. Мог бы запретить ему, не слушая никаких аргументов. Он уже говорил нечто подобное: что Муан утратил право голоса, когда стал призраком. И сколько бы Шен ни пытался примириться с действительностью, в нем все еще иногда говорили боль и обида, выливающиеся мелочным желанием постоянно тыкать Муана в то, что он сам виноват, что теперь в зависимом положении.
Это… это, наверное, неправильно… но…
– Если твоего тела никто не видел, а он, – кивок на Шена, – может видеть призраков, почему ты думаешь, что на самом деле не мертв? – сухо уточнила Эра.
Они тоже так решили, пока Шен не прочитал про «неопределенный» статус. Муан задумался, как объяснить это Эре. Размышляя, он постарался вспомнить схватку с Админом и впервые осознал, что стоял в какой-то печати. Он не заметил ее сразу, но в какой-то момент увидел отчетливую вспышку линий. Все происходило чересчур стремительно, чтобы обращать внимание на подобные мелочи. Да и какая разница, что это было?
Муан перевел взгляд на Шена и подумал, что для него это могло иметь большее значение. Однако он не понимал, что вообще видел, и не сумел бы воспроизвести те линии.
– Я думаю, – медленно произнес Муан, – Демнамелас не случайно заманил меня в определенное место. Похоже, он с самого начала не собирался убивать меня. Возможно… я подумал об этом только сейчас… возможно, в его планы и не входило, чтобы мой дух остался с Шеном. – Он перевел взгляд на Шена и посмотрел прямо в глаза. – Может быть, он собирался схватить меня и вынудить тебя сразу следовать за ним.
Идея показалась Шену бредовой. Каким образом он…
Шен вздрогнул. Разве Админ знает, что он видит призраков? Если бы Шен не увидел тогда призрак Муана и не решил бы, что тот мертв, что бы он делал? Он бы немедленно отправился на поиски Муана, разве нет? Направил бы все силы на то, чтобы как можно скорее добраться до Админа.
– Пф-ф, – фыркнул Шен.
Муан округлил глаза.
– Думаешь, я ошибся?
«Система, ты говорила Админу, что я вижу призраков?»
[Он не спрашивал], – немедленно отозвалась та.
– Не спрашивал… – вслух повторил тот. – Может и не знать, так?
– О чем вы говорите? – не выдержала Эра.
Пока Шен размышлял, Муан ответил сестре:
– Я не могу сейчас объяснить всего, но мне хотелось бы, чтобы ты не спешила меня оплакивать. Я еще собираюсь выдать тебя замуж.
Эра, намеревающаяся сказать совсем другое, к концу фразы не смогла сдержать возмущения:
– Выдать меня замуж?! Нашелся тут выдавальщик!
Муан расплылся в широкой улыбке. Судя по всему, они не первый раз спорили на эту тему.
– Кстати, – посерьезнел Муан, – я бы хотел, чтобы ты повежливее говорила с Шеном.
– С чего вдруг мне?.. – начала заводиться Эра, но Муан перебил:
– Он мой друг, не менее важный для меня человек, чем ты.
Эра застыла с открытым ртом.
– С ума сошел? – уточнила она.
– Не то чтобы мне было нужно твое мнение. Просто надеюсь, что ты перестанешь проявлять открытую враждебность.
Эра помолчала, прежде чем сказать:
– Хочешь, чтобы я поверила, что не ваша духовная связь, образовавшаяся из-за священного источника, помутила твой рассудок и не темные искусства этого человека? Согласись ты разорвать связь и скажи мне о вашем товариществе после этого – я бы еще подумала о своем отношении! Но это… – Она покачала головой. – Как ты не видишь своей зависимости? Он же полностью подчинил тебя своей воле!
Муан так разозлился, что слегка замерцал. Он ожидал всякой реакции со стороны Эры, но никак не заявления, что он выжил из ума и не заметил, что им управляют!
Шен следил за развитием их разговора молча. Он тоже не предполагал подобных обвинений. Неужели так странно, что Муан может стать его другом в силу симпатии и общих интересов, а не по принуждению темных практик?.. Однако он не хотел проверять, сколько на самом деле человек думают так же.
Муан все же смог немного унять свою ярость и произнес едко, но не переходя на крик:
– По-твоему, если я сблизился с кем-то, кого ты не одобряешь, это значит, что я сошел с ума?
– Это не «кто-то»! Это проклятый заклинатель, привязавший тебя к себе! Вспомни, каким ты был до посещения источника! Разве ты относился к нему хоть сколько-нибудь положительно?!
Муан все же перешел на крик:
– А ты думаешь, я пригласил его в свой дом, потому что жутко ненавидел?! Что ты хочешь от меня услышать? Тебе отчет составить, когда именно мне захотелось узнать его получше?! Какие тебе нужны доказательства?!
Он так разорался, что Эра отступила, с недоверием глядя на брата. И хоть она прекрасно знала, какой на самом деле у него темперамент, по-настоящему он проявлял его очень редко, а после смерти родителей вообще ни разу всерьез не кричал на нее.
– Меня все это достало!! – продолжал бушевать Муан. – Сначала все вокруг смеют судить, какой была моя жизнь! Всякие твари повыползали из-под коряг и стали рассказывать, как хорошо они меня знали и какими друзьями мы были! И ладно они, но ты в самом деле мой близкий человек! И заявляешь мне в лицо, что мои эмоции ненастоящие?! Смеешь утверждать, что знаешь об этом больше меня? Давай! Давай, расскажи мне, какой должна была быть моя жизнь! Ты ведь все распланировала!
Эра стушевалась. Если до этого она еще немного сомневалась, то теперь полностью поверила, что перед ней ее брат: Шен не смог бы воспроизвести такое поведение даже при всей своей извращенной фантазии. И, поверив, она вдруг осознала, что этот брат ее сейчас просто ненавидит.
– Кхм, я… – пристыженно произнесла она. – Это ведь не потому… не потому, что я тебе не верю. Просто подумай: тут действительно есть в чем сомневаться…
Стоящий рядом Шен вздохнул. Муан перевел на него взгляд и запоздало подумал, что слова Эры могли его ранить.
– Прости, что тебе пришлось это услышать. Может, во мне достаточно энергии, чтобы я какое-то время поговорил с ней наедине, оставаясь видимым?
Шен иронично усмехнулся.
– Полагаешь, ваши крики плохо слышны за дверью? Думаю, даже Ал проснулся.
