– Все-таки обиделся, – улыбнулся Сегинус. – Молодец. С каждым разом всё лучше и лучше.
Впервые за последние несколько лет Исин проснулся не по звонку. Он выглянул в коридор. Пол в центре коридора второго этажа почти весь отсутствовал. Это место огораживалось перилами и сверху было хорошо видно всё, что делалось в гостиной. Исин свесился через перила и, не увидев Сегинуса в гостиной, решил осмотреть второй этаж.
В коридоре было пять дверей: две слева, две справа и одна напротив большого окна, к которой выходила лестница. Исин дернул помеченную цифрой три дверь в дальнем углу. Та была заперта. Тогда Ларкс направился к двери с цифрой два рядом с его спальней. Внутри было чуть менее пыльно, чем в его комнате. По всему помещению теснились шкафы и комоды, буфеты и тумбочки, битком заставленные всевозможным хламом. Исин не стал долго задерживаться здесь и открыл следующую дверь, напротив его комнаты. Там оказалась ванная комната, отделанная светлой плиткой. За шторкой, скорее всего, была ванна. На полочке у зеркала лежало всего по минимуму: зубная щетка и порошок, мыло и пару баночек. Не найдя ничего особенного, Исин направился к двери в центре. Только Ларкс потянулся к ручке, за его спиной кто-то громко мяукнул. Исин испуганно оглянулся. На него смотрел большой черный кот с пушистой шерстью и огромными желтыми глазами.
– Мяу! – сердито вопил кот, глядя на Исина.
– Не знал, что здесь есть кот, – Исин присел перед животным и почесал его за ушком. Кот еще сильнее нахмурился и грозно фыркнул. – Не хочешь и не надо, – Ларкс опять потянулся к ручке, но кот стукнул его лапой по ноге.
– Что, не заходить туда? – спросил Исин. Кот как будто бы кивнул и побежал вниз по лестнице. Ларкс поторопился догнать его. Кот юркнул в приоткрытую дверь под лестницей. За ней оказалась кухня. У окна располагался обеденный стол и стулья. Посередине стены стоял камин, а рядом, к удивлению Исина, газовая плита. В углу была раковина, дальше пара кухонных тумб, навесной шкафчик и, наконец, старый холодильник.
«Странно, – подумал Исин, – что за дом, где всё такое старинное и одновременно есть ванна и газовая плита?»
Тем временем кот с надеждой смотрел на холодильник, явно надеясь получить что-нибудь вкусненькое на завтрак. Исин осторожно приоткрыл дверцу – мало ли что может оказаться в колдовском холодильнике.
– Цицерону ничего не давать! – приказал вошедший Сегинус, на ходу надевая свой халат поверх рубашки.
– Доброе утро, – промямлил Исин.
Астер кивнул и, заплетая волосы в косу, двинулся к навесному шкафчику. Кот обиженно мяукнул.
– Не проси! – осадил его Сегинус, доставая из шкафа тарелку и пакет. Колдун поставил на стол тарелку и насыпал кошачий корм. Цицерон залез на стул и недовольно поморщился, глядя на угощение.
– Я не спрашиваю твоего мнения! – отрезал Астер, ища кастрюлю в шкафу. – Исин, аллергия на что-то есть?
– Нет, – поспешно ответил Ларкс.
– Это хорошо. Тогда можно не заморачиваться насчет еды.
Цицерон обиженно мяукнул.
– У котов не бывает аллергии! – прикрикнул колдун. – Не упрямься!
Сегинус принялся доставать продукты из шкафа.
– Мистер Астер, зачем вы его ругаете? – заступился за кота Исин. Ему показалось, что Сегинус просто разговаривает с ним от одиночества. Мисс Ланге когда-то говорила им, что некоторые одинокие люди так делают.
– Я его ругаю? – опешил Астер и возмущенно спросил: – Ты слышал, что он мне только что сказал!?
– Хм, нет, – честно ответил Ларкс. Кот снова что-то промяукал.
– Ах да, – вспомнил Сегинус, – ты же еще не прошел обряд. Сделать тебе сюрприз?
Исин неуверенно кивнул.
– Тогда достань молоко из холодильника.
Завтрак прошел спокойно. Кот, недовольно урча, доел сухой корм.
«У мистера Астера каша не такая противная, как в приюте. Без комочков,» – подумал Исин, а вслух спросил:
– Разве вы не готовите еду в котле?
– С чего бы это? – поднял глаза Сегинус.
– Ну, я думал, что колдуны готовят всё в котлах…
– Живут в страшных замках и летают на метлах? – рассмеялся Астер. – А вы с мамой тоже всё варили в котле? Нет? Ну а чем я хуже? К тому же, в кастрюле и на плите готовить гораздо удобнее.
Исин улыбнулся. Действительно, с чего он решил, что настоящие колдуны обязательно пользуются котлами?
– Что ж, теперь можно и обряд провести! – воскликнул Сегинус, с облегчением расплетая волосы, которые всегда убирал перед готовкой. – Ты не передумал становиться учеником?
– Нет, – твердо ответил Ларкс.
– Точно? После обряда Посвящения отказаться уже не получится.
– Точно.
– Хорошо. Тогда идем!
Колдун вскочил из-за стола и убежал в гостиную. Исин по старой привычке принялся мыть за собой посуду.
– Ну где ты там?! – крикнул Астер. Не получив ответа, он заглянул в кухню и ужаснулся: – Ты что, сам посуду моешь?! Можно же просто сделать так! – Сегинус взмахнул рукой, и тарелки тут же стали чистыми. На второй взмах руки дверца шкафа сама собой открылась, и посуда встала на свое место. Ларкс глядел на всё это с широко открытыми глазами.
– Видишь, как хорошо быть колдуном? – самодовольно усмехнулся Астер. – Ну всё, пойдем!
Исин вошел в гостиную следом за ним. Край ковра был откинут далеко в сторону, открывая дощатый пол.
– Где-то здесь, где-то здесь, – бормотал Сегинус, то глядя в книгу на столе, то что-то ища на полках шкафа. – Восемь свечей… Исин, принеси пока подвеску!.. Мел… Или там написано соль?
Исин поднялся в свою комнату и принес мамино украшение, которое должно было стать платой за обучение.
Астер расположился на полу с книгой и мелом, чертя какие-то узорчатые круги.
– Раз, два три, четыре… Цицерон, не ходи тут! Круг сотрешь!
Исин молча стоял в стороне, наблюдая за колдуном. Тот нарисовал круг, внутри него – восьмиконечную звезду, и на каждом луче написал какой-то символ. Затем он задернул шторы на всех окнах и зажег свечи – по одной на каждый луч. Сегинус шагнул в круг.
– Исин, вставай сюда, – Астер указал на луч напротив себя. Ларкс послушно встал.
– Не бойся, – успокоил его колдун. – Клади подвеску в центр. И встань точно посередине луча.
Исин сделал всё так, как ему сказали.
– Приготовься, – Сегинус крепко обхватил руку мальчика и сказал Исину сделать то же самое.
– Высшие и низшие духи! Повелители четырех стихий, Неба и Земли! Владыки четырех сторон света! Призываю вас в свидетели!
Пламя свечей слабо затрепыхалось. Меловые узоры начали слабо светиться. Сегинус и Исин смотрели друг другу прямо в глаза. Мальчику снова показалось, что он видит в них звёзды.
– Исин Ларкс, клянешься ли ты использовать свою магию во благо, почитать Покровителей и защищать людей?
– Клянусь, – сказал Исин.
– Клянешься ли хранить в секрете тайны магии и передавать их лишь достойным?
– Клянусь.
– Клянешься ли остаться в Лавке желаний и стать ее хозяином после моей смерти?
Исин замешкался на секунду, но твердо ответил:
– Клянусь.
Меловая звезда переливалась то голубым, то сиреневым светом. Исину казалось, что за границей круга мелькают чьи-то тени.
– Я, Сегинус Астер, хозяин Лавки желаний, что стоит между двумя мирами, принимаю в ученики Исина Ларкса и в качестве оплаты беру украшение духа Луны. Прошу, Великие Покровители Анвар и Селин, пробудите силу Исина и помогите ему на пути познания магии! Да будет так! Да будет так! Да будет так!
Узоры засияли еще ярче. Исин чувствовал, как в нем появляются новые силы. Какая-то энергия шла от кончиков пальцев к самому сердцу. Ему вдруг показалось, что он сам превращается в эту энергию, но после появилось ощущение какого-то тепла внутри. Астер встал в центр звёзды и подозвал к себе Исина.
– Поклон на каждый луч, – прошептал он. – Начинаем с северного.
Они поклонились посолонь каждой из восьми сторон, после чего встали на свои места.
– Обряд закончен. Благодарю! – прохрипел Сегинус.
Тут же сияние круга погасло и свечи стали гореть ровно. Колдун потушил их и развесил шторы.
– Поздравляю с посвящением, ученик, – улыбнулся он Исину, незаметно вытирая рукавом кровь с губ. Видимо, Астеру тоже непросто дался обряд. – Иди, отдыхай. Твоя сила была слишком глубоко загнана, теперь ей нужно восстановиться и укрепиться.
Исин только теперь понял, как ему хотелось спать. Он еле добрался до своей кровати и проспал до самого вечера.
Ему снова снились черные тени. Они кружили вокруг Ларкса, но уже не грозились съесть его. Тени будто боялись к нему подойти. Исин увидел, что всё его тело слабо светится. Он удивленно поднял руку, разглядывая причудливые светящиеся узоры. От этого тени испуганно отстранились.
– Вот как? Боитесь меня! – обрадовано ухмыльнулся Исин. – Сейчас вы у меня за всё ответите!
Он рванул к ближайшей тени, выставив ладонь вперед. Почти коснувшись монстра, рука наткнулась на невидимую преграду. Исин упрямо попробовал ударить еще раз, но стена не поддавалась.
– Маловат ты! Слабоват еще! – прошипела тень, благоразумно держась подальше от преграды.
Остальные подхватили ее слова, и уже тысячи голосов издевательски шипели в уши «Маловат ты! Слабоват еще!»
Исин резко открыл глаза. Теней вокруг больше не было. Он лежал на кровати в своей новой комнате. Рядом, придавив угол одеяла, сидел черный кот.
– Проснулся наконец, – хмыкнул кот, глядя на Ларкса желтыми глазами.
Глава 4
– Ты говоришь!? – отшатнулся Исин, прячась за одеялом.
– Ну да. А ты что, не догадался? – высокомерно заявил кот. – Хотя, немудрено.
– Я думал, мистер Астер просто разговаривает с котом. Ну, многие люди так делают.
– Но немногие получают ответы. Тебя зовут Исин, верно?
– Угу, – кивнул Ларкс, высунув нос из-за одеяла, – а ты… Цицерон?
– Запомнил. Уже не всё потеряно. Ходишь по Лавке, как неприкаянный, всё разглядываешь, везде суешь нос… Да и сны у тебя громкие!
– Сны громкие? – удивился Исин – Что за чушь?!
– Никакая не чушь! – фыркнул Цицерон. – Всю ночь тени шипели. Даже у Сегинуса сны тише.
– Откуда ты знаешь?
– Я сны слышу, – вздохнул кот. – И тварей из этих снов вижу.
– Ух ты! – воскликнул Исин с горящими глазами. – Это тебя мистер Астер научил?
Цицерон в ответ рассмеялся. Коты, оказывается, очень интересно смеются. Он прищурился, усы его задрожали, а рот растянулся в улыбке, насколько позволяла морда. Смех походил на человеческий, но иногда в нем слышалось мяуканье и фырканье.
– Сегинус?! Ха-ха-ха, да я старше его раз в пять! Чему он может меня научить?
– Сколько же тебе лет? – поразился Исин.
– Много. Я уж не помню. Я был еще котенком, когда первый хозяин создал Лавку. Он и научил.
– Первый хозяин? А сколько их всего было.
– Сегинус, кажется, пятый, – задумался кот, – а может, шестой?.. Нет, все-таки пятый.
– Ого! Если человек в среднем живет лет семьдесят, это двести восемьдесят плюс… ну мистеру Астеру где-то двадцать-тридцать… Это же ты триста лет живешь?!
Цицерон снова засмеялся своим необычным смехом.
– Какой же глупый ребенок! Лет семьдесят жил только первый хозяин, а все остальные хозяева – лет сто, не меньше. Да и Сегинусу не тридцать, а уже где-то сто пятьдесят.
– Так много?! – воскликнул Исин.
– А то! – довольно замурчал Цицерон. – Вот и считай сколько мне!
Из гостиной послышался насмешливый голос Сегинуса:
