— Хорошо.
— И не могли бы вы мне предоставить какие-нибудь заключения по его ноге, чтобы я могла направить их специалистам для консультации?
— Да, обязательно. Я подготовлю все документы.
И я ушла.
Я приехала на свою старую квартиру и нашла договор с Храмцовым. Перечитала пункт шестой о сроках его действия.
— Договор вступает в силу с момента его подписания обеими сторонами и действует в течение шести месяцев, и если ни одна из сторон не заявит о его расторжении, он считается продленным на неопределенный срок… — не поверила своим глазам и перечитала последние строки: — …он считается продленным на неопределенный срок.
Выходит, если никто из нас не порвет договор, он продолжает свое действие? А что с обязательствами?
— В случае продления договора все обязательства по нему сохраняются в том же объеме и на тех же условиях.
До конца действия договора оставалось два месяца, и предпосылок к тому, чтобы Роман Викторович от него отказался, не было. Мы встречались часто, он был доволен — претензий от него я не слышала.
И меня все устраивало. Шеф был и ласков, и горяч, и я ждала с ним встреч. Мне казалось, сексуально мы друг другу подходили, и я не представляла, что может быть по-другому.
Если наши отношения продлятся и по истечении шести месяцев — это меня не расстроит. В сложившихся обстоятельствах, даже порадует. Дополнительные вливания денежных средств мне не помешают, и, когда на кону жизнь Жерара, какие могут быть предрассудки?
Чтобы шеф не отказался от договора в ближайшее время, я должна приложить максимум усилий. Но это не сложно. За время что мы вместе изменился не только мой гардероб, но и я сама. Я стала регулярно питаться, и мои кости наросли мяском. Они не приобрели аппетитные формы моих соперниц, но стали менее угловатыми и округлыми.
Да и соперницы уже не соперницы вовсе. Они заходили в приемную только по делу и выходили от него быстро. Их недовольные лица говорили лучше всяких слов. А после Дня строителя я окончательно поверила, что выместила их с пьедестала любовниц, и тихо злорадствовала над их проигрышем в невидимом бою.
В те праздничные выходные всей компанией мы поехали отдыхать на базу отдыха. День строителя отмечали каждый год со дня основания предприятия, и если сначала устраивали банкеты в ресторане, то позднее стали выезжать на природу. Обходилось мероприятие недешево, но руководство не скупилось.
База отдыха находилась в лесной зоне недалеко от реки и предлагала своим гостям уникальную возможность насладиться природой и свежим воздухом. На базе было несколько бревенчатых домов. Весь руководящий состав разместился в небольшом двухэтажном доме с номерами класса люкс, все офисные сотрудники — в большом трехэтажном доме со всеми удобствами в комнатах эконом-класса, а рабочие-строители — в нескольких одноэтажных строениях с удобствами на этаже.
В отдельно стоящем здании располагались столовая и кафе, тренажерный и бильярдный залы, а в цоколе — бассейн и сауна. Недалеко от этого строения в тени деревьев пряталась большая беседка со столами и лавками, куда могла вместиться вся наша компания. Это оказалось место наших совместных обедов.
На территории базы был сооружен открытый бассейн с подогревом, и в нем можно было купаться даже в холодное время года. Вокруг него расставлены шезлонги с зонтиками, и их заняли девушки и молодые люди, которые решили ухватить своей кожей последние лучи уходящего лета. Те, кто предпочитал активный отдых, разобрали велосипеды, роликовые коньки и скандинавские палки и рассредоточились по дорожкам базы отдыха. Тихий лесной уголок ожил и наполнился человеческими голосами.
Когда-то я ездила на велосипеде, но это было так давно, что я не решилась снова сесть за него. Боялась опозориться. А на роликовых коньках вообще никогда не стояла, и с завистью смотрела вслед тем молодым людям, которые легко на них передвигались.
Каждые сто метров на стволе дерева висели щиты с указанием, что клещей нет, с ветки на ветку прыгали озорные белки, и прогулка по вымощенным кирпичиками дорожкам в такой компании доставляла удовольствие. Хвойные ароматы и пение лесных птичек добавляли всеобщей атмосфере ощущение спокойствия и умиротворения и возвращаться в загазованный суетливый город совсем не хотелось.
По лесным дорожкам гуляли сотрудницы из бухгалтерии и отдела кадров, но меня в свою компанию они не звали, и я не стремилась сама к ним приблизиться. Я оставалась чужачкой и такое положение вещей меня устраивало.
Я часто останавливалась, отвлекаясь на белок и разглядывая растительность, и не сразу обнаружила, что оказалась одна среди высоких сосен и тонких осин. Коллеги ушли далеко вперед или свернули на другую тропинку, и как я не пыталась их высмотреть сквозь крону деревьев, нигде их не видела. Но я не испугалась. На развилках стояли указатели и схемы движения, и, внимательно их изучив, я легко сориентировалась, где нахожусь и как вернуться на базу. Но продолжила прогулку по лесу, довольствуясь одиночеством и легким шепотом листвы.
И вдруг я услышала звуки, напоминающие хруст веток под ногами, и обернулась. Через лес поспешным шагом шел Артем. Я привыкла видеть его в деловом костюме и за рулем, и в джинсах с серой футболкой в лесной чаще не сразу его признала.
— Артём, — пробормотала я.
— Да, это я. Простите, если напугал.
Он говорил с одышкой и на его лбу проступили капельки пота. Куда он так торопился?
— Давай перейдем на «ты».
— Ну… хорошо. Так даже лучше.
— Ты как здесь? — приглашая его прогуляться вместе со мной, спросила я. — Где твои ролики, велосипед или палочки?
Он поравнялся со мной, сцепил руки за спиной, и мы пошли в глубь леса по дорожке.
— Я своим ходом.
— Здесь красиво. Ты был здесь раньше?
— Да, в прошлом году.
— И как прошел отдых?
— Не повезло с погодой. Весь день лил дождь, и все развлекались в доме. Кто-то играл в карты, кто-то — в бильярд, кто-то был в бассейне.
— Чем занимался ты?
— Так, ничем. Смотрел на всех со стороны.
Шпионил для шефа? Отчего-то у меня сложилось устойчивое мнение, что это одна из главных обязанностей Артёма. Он хоть и симпатичный, но тихий и неприметный, и как будто бы ко всему безразличный, но так ли это на самом деле?
— Почему? — спросила я.
— Я не очень общителен. Думаю, ты это заметила.
— Сейчас мне так не кажется.
— Ну… Я делаю свою работу.
— Какую?
— Ты же понимаешь, я тут неслучайно.
Я с удивлением посмотрела на него.
— Нет, не понимаю. Что это значит?
— Роман Викторович отправил меня приглядеть за тобой. Он видел, как ты одна пошла в лес, и во избежание всяких неприятностей послал меня к тебе.
— Даже так? — смутилась я. — А что со мной может произойти? Были прецеденты ранее?
— Нет. Но бдительность не помешает.
Возникла неловкость, словно между нами шел Храмцов, и несколько метров мы прошли молча. Затем я спросила у него, на какие базы ездили в прошлые годы и чем эта база оказалась примечательнее остальных. Артём работал в компании около пяти лет, и мог рассказать лишь об этом периоде, но для поддержания разговора этого было достаточно. Он назвал два других места, описал их достопримечательности и развлечения, и указал на преимущества базы, на которой мы отдыхали сейчас. Руководство и сами работники оценили ее широкие просторы, вместительные домики и близкое расположение к городу, и когда заговорили о корпоративе на этот год, все однозначно решили, что нужно ехать сюда.
Дорога перед нами пошла в разные стороны, и я взяла на себя инициативу и повернула налево. Шведов последовал за мной.
Где-то высоко послышался стук по дереву, и я подняла голову в поисках источника звука.
— Дятел, — сказал Артём, заметив мои движения.
— Да, скорее всего. Никогда не видела дятла в живую.
— Ты никогда не ходила в лес?
— Ходила, но это было очень давно. И дятлов не помню.
— Иногда их можно встретить и в городе, — голосом знатока сказал Артём. — У меня во дворе каждый год какой-нибудь дятел долбит дерево.
Шведов поднял руку вверх и стал указывать на дерево, которое было к нам ближе.
— Смотри, вот он. Под ним ещё сломанная ветка. Видишь?
И я увидела. Дятел был высоко и разглядеть его четко не получалось, но я заметила его энергичные движения головой и остановилась.
— Какая прелесть! — восхитилась я.
— Ты знаешь, что дятел очень полезная птица для леса?
— Что-то слышала об этом.
— Они спасают деревья от короедов и жуков-дровосеков.
— Ты орнитолог? — опуская голову и направляя взгляд на Артёма, спросила я. — Кто ты по образованию?
— Учитель биологии.
— А как оказался водителем?
— Водителям больше платят.
— Мой отец был физиком, — зачем-то сказала я.
— Был?
— Да, он погиб много лет назад.
— Мне очень жаль.
Мы пошли дальше. Неожиданно мне захотелось поговорить с кем-нибудь о своем отце, о маме, о себе и своем детстве, доверить свою тайну и перенести часть забот на чьи-то плечи. Пусть даже просто рассказав о них. Я так давно ни с кем не говорила. Только с Жераром. Но с ним разговаривать все равно, что с ребенком, а хотелось взрослого общения.
Но тот ли Артём человек, которому можно доверять? Ведь он работал на Храмцова, и тот ему хорошо платил. А что могли сделать деньги с человеком, я знала не понаслышке.
— Ты слышала? Все, кто остался у бассейна делают ставки.
— Какие ставки?
— Это любимая забава ребят из сметного отдела и отдела продаж. Когда мы куда-нибудь выезжаем, они заключают пари, кому из двух небезызвестных тебе барышень повезет сегодня ночью.
Я поняла, о чем речь и не стала разыгрывать недоумение. Я направила взгляд вперед и, придавая голосу безразличие, спросила:
— На чью сторону перевес?
— На сторону Кудрявцевой.
— Почему?
— Ей повезло в прошлом году.
— Ясно.
Мы прошли несколько шагов молча, а потом Артём сказал:
— Они обе проиграют. Но наверняка и виду не подадут, чтобы не стать посмешищем.
Что это значит? Уж не собирается ли Роман Викторович преодолеть расстояние в пятьдесят метров, разделяющие наши дома, и два этажа вверх, чтобы явиться ко мне?
Но я не осмеливалась об этом спросить, и отвернула от Артёма голову, чтобы он не видел, как воодушевила меня эта догадка.
Выдержав паузу, во время которой Артём очевидно ждал от меня вопроса, он продолжил:
— Роман Викторович просил передать, что сегодня ночью будет в моем номере. И будет ждать тебя.
Я с недоверием повернула голову к Артёму, а потом перевела взгляд на руку, в которой держала телефон. Новых сообщений не было. Но не отображались и «антенки» в строке состояния. Видимо, мы ушли далеко, и здесь связь не ловила.
— Он мне ничего об этом не писал, — сказала я.
— Он напишет. Но пока просил передать на словах.
— А где будешь ночевать ты?
— В охотничьем домике. Он чуть глубже в лесу.
— А кто будет в номере шефа?
— Никого. Он будет закрыт.
— Что ещё я должна знать?
— Мой номер рядом с твоим. Двести шестой. Время он тебе напишет. И он просил быть очень аккуратной.
— Я поняла.
Артём осмотрелся по сторонам, словно убеждаясь, что мы одни, и тихо сказал:
— И ещё кое-что по поводу того, почему я здесь оказался. Кроме того, что мне нужно присмотреть за тобой, мы должны засветиться на прогулке вместе. На тот случай, если увидят, как ты входишь или выходишь из моего номера. Надо, чтобы всё связали воедино.
